Глава 83

Лариса сорвалась с места с такой внезапностью, словно её подстегнул электрический разряд. Вчера девочка с трудом поднималась с постели, а сегодня её маленькие ножки отталкивались от земли с силой, которой не было уже полгода. Надя инстинктивно рванула следом, но через несколько секунд поняла страшную истину — она не успевает.

— Лариса! Стой! — кричала она, спотыкаясь о корни деревьев. — Ты упадёшь!

Но девочка неслась по парку, словно её вели невидимые нити. Да, она спотыкалась — тело ещё помнило болезнь, координация была далека от идеальной. Но каждый раз, когда казалось, что падение неизбежно, Лариса с поразительной быстротой хваталась за ближайший ствол, корень или ветку, удерживала равновесие и продолжала бег.

Толик догонял жену, его деловой костюм совершенно не подходил для лесной погони. В карманах пиджака бренчали блистеры с лекарствами — те самые препараты, которые должны были стабилизировать состояние дочери, но явно не объясняли её нынешнюю невероятную активность.

— Что с ней происходит? — задыхаясь, крикнул он Наде. — Она нас не слышит!

— Не знаю! — Надя всхлипывала на бегу, чувствуя себя совершенно беспомощной перед происходящим.

Лариса между тем добежала до места, где стояла другая женщина с коляской. Рядом с коляской находился мальчик примерно её возраста. Девочка остановилась в метре от него, не показывая ни малейших признаков усталости. Её грудь поднималась и опускалась ровно, щеки лишь слегка порозовели. А ведь она только что пробежала расстояние, которое ещё вчера было для неё непреодолимым.

— Игорь, привет! — сияющая улыбка расцвела на лице Ларисы, но губы её при этом не шевельнулись.

— Привет, Лариса. Смотри: медмедь! — ответил мальчик, и его глаза загорелись от восторга. Он впервые в жизни ощутил, что кто-то говорит с ним напрямую, минуя звуки и слова.

Дети знали имена друг друга, хотя встретились впервые. Знали так же естественно, как знали цвет неба или ощущение голода. В их безмолвном диалоге не было ничего странного — для них самих.

Лариса и Игорь подошли вместе к ограждению вольера. А в большом вольере за решёткой огромный бурый медведь подошёл к самому краю ограждения. Увидев детей, он начал кувыркаться и крутиться, словно домашний котёнок, желающий привлечь внимание хозяев. Лариса и Игорь засмеялись — чистым, звонким смехом, которого родители не слышали уже месяцы.

Надя остановилась рядом с женщиной у коляски. Обе стояли, ошарашенно наблюдая за невозможной сценой. Толик догнал их и тоже замер, видя выражение шока на лице незнакомки. Он понял — они не одиноки в своём недоумении.

— А вы...? — Женщина полностью растерялась. Её Игорь обычно не отходил далеко от коляски, предпочитал держаться рядом с мамой. А тут словно забыл о её существовании, объединившись в удивительный союз со сверстницей.

— Я... Надежда, мама этой девочки, — представилась Надя, услышав приближающиеся шаги и обернувшись к мужу. — А это Анатолий, её отец.

Женщина невольно отметила бледность лица Нади, круги под глазами, едва заметную дрожь рук.

— Здравствуйте, меня зовут Полина. Мы вышли погулять с Игорем и пришли в его любимое место. Он всегда любил больших животных, — Полина поймала себя на мысли, что в глазах этих людей читается то же непонимание, что испытывала она сама. Значит, она не сходит с ума — происходящее действительно выходило за рамки логики.

— Простите, если напугали вас, — голос Толика был прерывистым от волнения и одышки. — Похоже, дети неожиданно нашли общее увлечение.

Вдруг со стороны послышались быстрые шаги. Звук приближался стремительно.

— Дорогая, вы в порядке? — новый мужской голос прозвучал из-за деревьев.

Трое взрослых посмотрели в его сторону. Полина кивнула, немного смутившись от публичного проявления заботы, а Толик расплылся в понимающей улыбке — теперь картина складывалась.

— О, Анатолий Петрович, какая встреча, — Роман сразу перешёл на шаг, увидев детей в безопасности возле ограждения. — Смотрю, вы встретили мою семью на прогулке.

— Роман, похоже, мы с вами переживаем похожие ситуации. Это невероятно, — Толик провёл рукой по взмокшим волосам.

— Похоже на то. Значит, это ваша супруга и ребёнок, — кивнул Роман, быстро оценивая ситуацию врачебным взглядом. — Если вы не против, давайте присядем на вон той лавочке.

Он хотел узнать больше, но стоять и расспрашивать было бы невежливо. К тому же, он ясно видел, что вольер надёжно защищён, а медведь не проявлял ни малейших признаков агрессии.

В этот самый момент Лариса подняла маленькую ручку, и медведь, словно повинуясь невидимому сигналу, встал на задние лапы, радостно покачиваясь. Четверо взрослых замерли в полном ступоре.

Первой пришла в себя Полина — профессиональная привычка спасателя заставляла её искать рациональные объяснения даже в самых невероятных ситуациях.

— Потрясающе, у отеля отличные дрессировщики, — сказала она, кивнув Толику. — Звери очень послушные и спокойные.

Она толкнула коляску в направлении указанной лавочки, цепляясь за это объяснение как за спасательный круг.

— Да, я слышал, что хищников чипируют ещё до прибытия сюда, так что они под постоянным наблюдением, — поддержал Толик, подходя к Наде и беря её за руку.

Рука жены дрожала так сильно, что он почувствовал это даже сквозь собственное волнение. После всего пережитого Надя была на пределе, и сегодняшние события могли окончательно подорвать её и без того шаткое психическое равновесие.

Они медленно двинулись к лавочке. Роман и Толик сели по краям, а Надя с Полиной расположились посередине — мужчины инстинктивно взяли на себя роль защитников, а женщины оказались в центре поддержки.

Несколько минут они молча наслаждались тёплой погодой, каждый пытался найти хоть какое-то разумное объяснение увиденному. Наконец Роман решился начать разговор, но очень осторожно.

— Можно узнать, что произошло с вашим ребёнком?

Толик знал, что Роман врач, поэтому не стал ничего скрывать.

— Полгода назад Лариса была обычным ребёнком — бегала, играла, смеялась. Потом началось... — он провёл рукой по лицу. — Сначала просто стала вялой, часто болела. Потом хуже — перестала ходить, постоянные температуры, синяки от любого прикосновения. Врачи говорили про иммунитет, брали анализы, но...

Он посмотрел на жену и осторожно обнял её за плечо, показывая, что они вместе прошли через этот ад.

— Никто не знал, что делать. Объездили пол-Европы, лучшие клиники. Деньги текли рекой, а толку — ноль. Вчера она еле из кровати вставала, а сегодня...

— Простите за прямоту, — Роман внимательно смотрел на играющую Ларису, — но я вижу ребёнка в отличной физической форме. Неужели вам удалось найти лечение? Может, экспериментальная терапия? Генная модификация? — в его голосе слышалась смесь профессионального любопытства и отчаянной надежды. — Потому что то, что я наблюдаю, не укладывается в медицинские рамки обычного выздоровления.

Толик поднял глаза к небу, и в его взгляде читалось полное бессилие.

— Нам действительно предлагали весьма необычные способы нетрадиционной медицины, но это требовало дальнего перелёта на более поздней стадии, что крайне негативно могло отразиться на состоянии Ларисы. При её хрупкости костей и проблемах со свёртываемостью врачи категорически запретили длительные перелёты. Риск тромбозов, внутренних кровотечений... А любая турбулентность могла обернуться переломами.

— Значит, вы выбрали этот отель как... — Полина не выдержала, она очень хотела закончить фразу, но не смогла.

Все понимали, что она хотела сказать. При таком темпе ухудшения дети не дожили бы до четырёх лет, если только не находиться постоянно в больнице под присмотром врачей. А этот отель был, по сути, последней соломинкой.

Надя вдруг почувствовала, как на неё нахлынули воспоминания о потере первенца, и не сдержалась — вновь заплакала. Она не стыдилась показывать эмоции на людях, да и Толик уже привык к её состоянию. Однако Полина начала ёрзать на месте, поняв, что её вопрос прозвучал слишком резко. Как спасатель, она всегда спрашивала прямо — от ответов зависела жизнь пациентов, но здесь её профессиональная привычка дала болезненный сбой.

В этот момент они заметили, как к ограждению вольера подошли небольшие медвежата. Игорь увидел их и радостно запрыгал на месте. Медвежата, словно отвечая на его энтузиазм, тоже начали прыгать и кувыркаться. Детский смех стал ещё более звонким и заразительным.

Ситуация на скамейке стала ровно противоположной происходящему у вольера. Все четверо взрослых смотрели на резвящихся детей и медвежат в абсолютной тишине. Они едва не забыли, как дышать, наблюдая за этой невероятной гармонией между человеческими детёнышами и дикими зверями.

Лариса заметила, что мама чем-то расстроена, и помахала родителям рукой. Надя аж всхлипнула от неожиданности — не ожидала такого внимания от дочери в разгар игры. Она улыбнулась сквозь текущие слёзы и тоже осторожно помахала Ларисе в ответ, боясь спугнуть этот драгоценный момент связи.

— Прошу прощения за возможную бестактность, — произнёс наконец Роман, немного ёжась от неловкости. — Видите ли, у нас очень похожая ситуация. Как медицинский работник, я советовался с множеством специалистов в разных сферах, но получал прогнозы, которые мало чем отличаются от того, что рассказывали вы.

Полина резко обернулась и посмотрела на мужа с шоком в глазах. Значит, он далеко не всё ей рассказывал о состоянии Игоря. Она понимала в сердце, почему он так поступил — хотел защитить её от лишних страданий. Но всё равно испытывала негодование от того, что её держали в неведении.

Впрочем, устраивать публичную семейную сцену она не собиралась — она и без того довела до слёз незнакомую женщину своим неосторожным вопросом.