Глава 134

Елена шла от места работ учёных обратно к главному корпусу. Голова раскалывалась. Пульсирующая боль в висках не отпускала с самого утра, но сейчас стала невыносимой.

Она сжала переносицу пальцами, остановилась у фонтана. Попыталась глубоко дышать. Раз. Два. Три.

Не помогало.

Она прошла дальше. Через невидимую ткань. Не заметив перехода.

Аллея плавно изгибалась между деревьями. Мимо скамеек. Мимо фонтана — вода журчала тихо. Мимо клумб с цветами.

Елена остановилась.

Что-то было не так.

Тишина. Абсолютная.

Ни голосов, ни шагов, ни далёкого смеха детей. Только шелест листьев и тихий плеск воды в фонтане.

Она огляделась. Территория отеля. Знакомые аллеи, газоны, здания. Но пустые.

Где все?

Посмотрела на небо. Сумерки. Солнце уже село за горизонт, оставив лишь тусклую оранжевую полосу.

Когда стемнело? Только что был день...

Елена пошла к столовой. Дверь открыта. Зашла.

Столы накрыты. Тарелки. Приборы. Но ни одного человека.

— Здравствуйте? — позвала.

Тишина.

Вышла. Пошла к корпусам. Первый корпус. Холл пустой.

— Есть кто-нибудь?

Никакого ответа.

Тревога начала подниматься изнутри.

Второй корпус. Третий. Везде пустота.

Что происходит?

Административное здание стояло тёмным силуэтом на фоне угасающего неба. Окна чёрные, пустые. Ни одного света.

Елена поднялась по ступенькам, толкнула дверь. Открылась легко, бесшумно.

Внутри темнота. Она нащупала выключатель — свет не включился. Постояла в холле, прислушиваясь.

Ничего.

Пошла дальше, на ощупь. Коридор, лестница. Ступени скрипели под ногами, эхо разносилось по пустому зданию.

Второй этаж. Длинный коридор с дверями кабинетов. Все закрыты, все тёмные.

Все, кроме одной.

В конце коридора, из-под двери пробивался тонкий луч света. Тёплый, жёлтый, почти уютный.

Елена пошла туда, медленно, осторожно. Подошла ближе. На табличке у двери:

«Управляющий Сергей Владимирович Комаров»

Она замерла.

Комаров. Но он же... умер.

Сейчас управляющий — Кракин. Денис Константинович. Она видела его досье, подпись на документах.

Что происходит?

Дверь была приоткрыта. Елена заглянула в щель.

За столом сидел мужчина средних лет в строгой рубашке. Смотрел в монитор компьютера, что-то изучал. Лицо сосредоточенное, спокойное.

Живой.

Елена постояла несколько секунд, собираясь с духом. Потом осторожно постучала в дверь.

Мужчина поднял голову, посмотрел на неё. Улыбнулся.

— Елена Михайловна. Проходите.

Голос тёплый, спокойный. Как будто он ждал её.

Она вошла, остановилась в нескольких шагах от стола.

— Вы... Сергей Владимирович Комаров?

— Да, — он кивнул. — Садитесь, пожалуйста.

Елена медленно опустилась на стул напротив.

— Но вы... — голос застрял в горле. — Вы же умерли.

Комаров рассмеялся. Искренне, легко.

— Умер? — он откинулся на спинку кресла. — Разве я похож на того, кто умер? Вы видите перед собой труп или зомби?

Елена молчала, не зная, что ответить.

Комаров улыбнулся мягче:

— Хотя правда, мне не хватало общения с кем-то из людей. Кракин справляется неплохо, но... не с кем обсудить некоторые вещи.

— Но... — Елена сглотнула. — Кракин заменил вас. Ваше тело в вегетативном состоянии. Я видела отчёты.

— Я выбрал другую работу, — Комаров пожал плечами. — Более... подходящую для меня. Здесь я могу по-настоящему заботиться об отеле.

— Здесь? — Елена огляделась. — Где именно «здесь»?

Комаров встал.

— Пойдёмте. Покажу.

— Но там ночь, — возразила Елена. — Смысл гулять?

— Поверьте, — он подошёл к двери, открыл её широко, — стоит посмотреть.

Елена неохотно поднялась, пошла за ним.

Они спустились по лестнице, прошли через холл. За окнами была ночь. Глубокая, беззвёздная.

Комаров толкнул главную дверь и вышел.

Елена шагнула следом — и замерла.

День.

Яркий, солнечный день. Голубое небо, белые облака, тёплый свет.

Она обернулась — за ней было здание, за окнами которого всё ещё царила ночь. Но перед ней, на территории отеля, было утро.

Как это возможно?

Музыка. Отовсюду лилась музыка. Лёгкая, праздничная, как на ярмарке.

Карусели крутились, аттракционы работали, фонтаны били вверх разноцветными струями. Где-то играл орган, где-то звенели колокольчики, где-то рычал дракон на шпиле.

Всё двигалось, всё жило.

Но людей не было.

Ни одного человека.

Елена медленно пошла вперёд, оглядываясь. Комаров шёл рядом, спокойно, уверенно.

— Красиво, правда? — он улыбнулся. — Здесь всегда праздник.

— Где все? — прошептала Елена.

— Придут, — ответил он загадочно.

Они шли по аллее. Мимо аттракционов, мимо каруселей, мимо сцены, на которой никто не выступал. Музыка играла сама по себе, механизмы работали без остановки.

Комаров остановился у фонтана.

— Видите? — он обвёл рукой вокруг. — Это то, о чём я мечтал всю жизнь. Настоящее чудо.

Голос был полон искренности, восторга.

Но Елена чувствовала — он что-то недоговаривает. Что-то скрыто под этим восторгом.

Пустота этого места давила.

И вдруг — движение.

Мимо них пронеслись силуэты. Размытые, полупрозрачные, как призраки. Быстрые, неуловимые.

— Здрасьте! — детский голос.

— Добрый день, дядя Сергей! — ещё один.

— Здравствуйте, дядя Сергей! — третий.

Елена замерла. Голоса... детские. Радостные.

Шесть маленьких силуэтов пронеслись к карусели с летающими слониками. Они смеялись, кричали друг другу что-то неразборчивое. Пытались забраться на карусель, но словно не могли войти внутрь — только кружили вокруг, прыгали, радовались.

Елена смотрела на них, не в силах оторвать взгляд.

Дети. Это дети.

И вдруг один силуэт отделился от группы. Подлетел к Елене.

— Мама!?

Детский голос. Узнаваемый.

Елена почувствовала, как ноги подкашиваются. Нашла ближайшую лавочку, опустилась на неё.

Силуэт последовал за ней, завис рядом.

— Мама, почему ты здесь?

Елена протянула руку — пальцы прошли сквозь силуэт. Ничего. Только воздух.

— Света... — голос дрожал. — Это ты?

Силуэт подпрыгнул вверх-вниз, словно ребёнок от радости.

— Да! Я Света!

Елена перевела взгляд на Комарова. Ждала ответа.

Он просто улыбался.

Пауза. Потом он сказал спокойно:

— Это их мир чудес. Я здесь только гость. Но они... они истинные хозяева.

Елена потеряла дар речи.

Смотрела на силуэты детей, на весь этот шум-гам, краски.

Вдалеке стоял фургончик. У него — огромная фигура из льда, похожая на человека. Ледяной голем готовил мороженое, медленно размешивая что-то в большом чане.

На сцене выступал огненный элементаль — существо из пламени, которое танцевало под музыку, выбрасывая в воздух искры.

Это было в записях.

Елена вспомнила — Кракин смеялся над отчётами Комарова. Считал это странным хобби. «Бред сумасшедшего», говорил он.

Но это существовало.

Где это место? Где я сейчас?

— Мама, — силуэт Светы потянулся маленькими ручками. — Мама не должна здесь быть!

И в этот момент Елена почувствовала — маленькие ручки толкнули её.

Сила была непостижимой. Огромной. Она не могла сопротивляться.

Мир качнулся.

Яркий парк начал удаляться. Музыка стихала. Краски тускнели.

Елена проваливалась в бездну. Падала. Вниз, в темноту.

Парк уменьшался, превращаясь в яркую точку. Потом в искру.

Потом исчез.

Вокруг — только тьма.

И тишина.