Глава 136
Ранее:
Туннель между реальностями. Два Фила, каждый со своей стороны, синхронизируют стоячие волны. Фил2 и Артемия готовятся к прыжку. Расчёты точны. Параметры согласованы.
Но в момент перехода что-то идёт не так. Волны не совпадают по фазе. Туннель начинает коллапсировать — пространство схлопывается, искажается, пульсирует.
Фил кричит: "Отменяйте!" Но поздно.
Вспышка. Ослепительная, безмолвная. Туннель исчезает.
Фил2 и Артемия исчезают вместе с ним.
Тишина.
Фил смотрел на экран. Данные были... какими? Он только что проверял показатели. Или это было раньше?
Чёрная дыра висела за иллюминатором — массивная, безмолвная. Горизонт событий искажал пространство вокруг себя, изгибая свет звёзд в тонкие дуги.
Туннель исчез.
Фил2 и Артемия исчезли.
— Показатели стабильны, — сказал Фил вслух.
Артём стоял у соседнего монитора, рассматривая данные телеметрии. Молчал. Его пальцы неподвижно лежали на сенсорной панели.
— Артём?
— Хм, — Артём уже всматривался в тёмный космос через обзорный иллюминатор. — А где тут холодильник?
— Что? — Фил завис на пару секунд.
Пауза.
Фил посмотрел на экран снова. Цифры мерцали — или ему показалось? Он моргнул. Цифры были чёткими.
— Нам нужно понять, что произошло, — сказал Артём.
— Да, — согласился Фил. — Что произошло.
Он попытался вспомнить последовательность событий. Туннель. Стоячие волны. Они пытались синхронизировать фазы, но...
Но что?
Фил нахмурился. В голове был туман. Не физический — скорее ощущение, будто мысли плывут сквозь что-то вязкое.
— Волновая функция не схлопнулась гладко, — проговорил он медленно. — Рябь могла унести их вдоль многих ветвей вероятности.
Артём кивнул.
— Они где-то есть?
— Должны быть, — Фил посмотрел на монитор. — Теоретически.
Он замолчал. О чём он думал? Что-то важное. Только что. Или нет?
— Теория космического рассеяния, — сказал Фил. — Гиперпространственный дрейф. Квантовая декогеренция могла дезориентировать их координаты. Пространственные и временные.
— Временные, — повторил Артём. — Значит, они могут быть в будущем? Или в прошлом?
— Или в параллельной ветви, — добавил Фил. — Возникшей случайным образом в момент коллапса.
Артём смотрел в иллюминатор. Чёрная дыра медленно вращалась — нет, это аккреционный диск вращался вокруг неё, излучая слабое свечение.
— Фил, — сказал Артём тихо, — там луг.
— Что? — Фил оторвался от экрана.
— Луг, — Артём указал на иллюминатор. — С цветами. Ромашки, кажется. Выпусти меня, хочу прогуляться.
Фил посмотрел на иллюминатор. Чёрная дыра. Искажённое пространство. Никакого луга.
Артём не ответил. Встал со своего места и направился к стене.
— Куда ты идёшь? — спросил Фил.
— Хочу выйти, — ответил Артём, оглядываясь по сторонам. — Подышать свежим воздухом. На том цветочном лугу за окном. Где дверь?
Фил моргнул. Луг? Он попытался вспомнить. На корабле была биосфера? Нет, не было. Или была? Цветочный луг... это не имело смысла.
— Артём, там космос, — сказал он.
— Где дверь? — повторил Артём, проводя рукой по стене.
Фил посмотрел на иллюминатор. Чёрная дыра. Искажённое пространство. Никакого луга.
— Артём...
Но Артём уже развернулся и вернулся на своё место. Сел. Посмотрел на монитор, как будто ничего не произошло.
— Что мы обсуждали? — спросил он спокойно.
Фил молча смотрел на него несколько секунд.
— Теории, — наконец сказал он.
— А, да, — Артём кивнул. — Теории.
Пауза.
Фил повернулся обратно к монитору. Что он собирался сделать? Проверить данные. Он уже проверял. Или нет?
— Вторая теория, — сказал Артём. — Слияние и переписывание.
— Да, — Фил кивнул. — Сверхпозиция личностей. Столкновение фаз стоячих волн могло привести к частичному слиянию.
— Они могли стать кем-то другим, — продолжил Артём. — Смешанные воспоминания. Смешанные черты.
Фил задумался. Это звучало... знакомо. Они это уже обсуждали? Или только собирались?
— Если переход схлопнулся при несогласованных параметрах, — проговорил Артём медленно, — наши друзья могли не просто переместиться. Они могли объединить прошлое, память... всё, что осталось в резонансе.
— Новое существо, — добавил Фил. — Или существа.
Он посмотрел на свои руки. Пальцы выглядели странно. Или нормально. Он не мог решить.
— Мне нужно проверить что-то, — сказал Фил и встал.
Артём не ответил. Смотрел в иллюминатор.
Фил вышел из рубки в коридор. Направился к... куда он направился? К отсеку с данными. Или к жилому модулю. Он шёл по коридору, но коридор выглядел незнакомо.
Когда он стал таким длинным?
Фил остановился. Посмотрел назад. Дверь в рубку была... где? Он прошёл десять метров или два?
Он повернулся и пошёл дальше. Дверь. Открыл её.
Коридор.
Это же тот же коридор.
Фил закрыл дверь. Открыл снова.
Рубка.
Артём стоял у иллюминатора и, подняв руку в сторону чёрной дыры, говорил:
— В сияньи нитей бытия,
На грани смерти, забытья,
Свидетель древний и судья,
Склоняюсь перед тобой я...
— Артём? — Фил застыл в дверях.
Артём будто очнулся, не понимая, зачем поднял руку. Опустил её, обернулся:
— Ты куда пропал?
— Я... — Фил посмотрел на дверь за спиной. — Я здесь всё время был. Вроде.
— Да, — Артём зевнул.
Фил вернулся к своему монитору. Данные. Цифры. Они что-то значили. Что именно?
— Третья теория, — сказал Фил. — Информационная диссоциация.
— Распыление в данные, — добавил Артём.
— Да, — Фил кивнул. — Искажение пространства и времени могло декогерировать их структуру. Они сохранены как квантовые паттерны.
— Информационные паттерны, — повторил Артём.
— Волновые паттерны, — сказал Фил. — Или записи. Они существуют не как материальные объекты, а как...
Он замолчал. Потерял мысль. Она была только что. Куда она делась?
— Как море, — задумчиво произнёс Артём.
— Что? — Фил чувствовал себя озадаченно.
Артём смотрел на него. Но взгляд был пустой — будто смотрел не на Фила, а сквозь него.
— Да, наверное, — кивнул Артём. — Стоп, что?
Пауза.
Фил ничего не говорил. Артём ответил на вопрос, которого не было.
— Мы можем попытаться услышать их, — сказал Фил. — Если правильно расшифруем шум в окружающем пространстве.
— Шум, — повторил Артём. — Какой шум?
Фил указал на монитор. График спектрального анализа показывал... что он показывал? Фил смотрел на линии. Они волнились, поднимались, опускались.
— Квантовый шум, — сказал Фил неуверенно.
— А, — Артём кивнул. — Да, шум.
Тишина.
Фил посмотрел на экран. Сколько времени прошло? Минута? Час? Часы на панели показывали... он забыл посмотреть.
— Фил, — сказал Артём, — я думаю, с нами что-то не так.
— Да, — ответил Артём, потирая лоб, — это точно. Стоп, что?
— Ты что-то сказал? — Фил продолжал машинально листать отчёт системы, даже не пытаясь их читать.
— Фил, — сказал Артём снова, — мы это уже обсуждали?
— Что именно?
— Теории. Три теории.
Фил задумался. Обсуждали? Да. Или нет. Он помнил разговор, но не мог вспомнить, когда он был.
— Наверное, — сказал он неуверенно.
— Странно, — пробормотал Артём. — У меня дежавю.
У Фила тоже. Всё вокруг казалось знакомым и одновременно чужим.
Чёрная дыра за иллюминатором выглядела ближе. Или дальше. Фил не мог решить. Он смотрел на неё, пытаясь сфокусироваться.
Горизонт событий искажал свет. Звёзды вокруг изгибались в тонкие дуги. Это было красиво. Или жутко. Фил не знал.
— Космическое рассеяние, — сказал он вслух. — Они могли быть выброшены волной декогеренции.
— Мы это уже говорили, — заметил Артём.
— Говорили? — Фил нахмурился.
— Кажется, да.
Пауза.
Фил попытался вспомнить. В голове был туман. Плотный, липкий туман.
— Может, нам стоит попробовать снова, — предложил Артём. — Построить новый туннель.
— Опасно, — сразу ответил Фил. — Мы не понимаем, что пошло не так.
— Но они там, — настаивал Артём. — Где-то там.
— Где именно? — спросил Фил. — В будущем? В прошлом? В параллельной ветви?
Артём молчал.
Фил посмотрел на монитор. График спектрального анализа показывал... что-то. Линии волнились. Поднимались и опускались.
Я это уже видел.
Фил не был уверен, на что он смотрит.
— Фил, — сказал Артём тихо, — ты помнишь, как мы сюда прилетели?
Фил задумался. Помнил? Конечно. Они строили туннель. Синхронизировали фазы. Пытались спасти Фила2 и Артемию.
Но как они сюда прилетели до этого? Он не мог вспомнить.
Артём достал новую упаковку чипсов, открыл и начал жевать. Потом завернул упаковку и положил обратно.
— Странно, — пробормотал Артём, смотря на крошки на джинсах. — Откуда они...
Фил почувствовал укол тревоги. Что-то определённо было не так. Но что?
Он попытался сосредоточиться. Вспомнить последовательность событий. Туннель. Стоячие волны. Они пытались...
Мысль оборвалась.
Фил моргнул. О чём он думал?
— Информационная диссоциация, — сказал он вслух.
— Мы это обсуждали, — заметил Артём.
— Обсуждали?
— Да. Только что.
Фил нахмурился. Не помнил. Или помнил, но смутно.
Тишина растянулась. Длинная. Липкая.
Артём посмотрел в иллюминатор.
— Фил, — сказал он, — какой красивый луг!
Фил даже не стал спорить на этот раз. Посмотрел на иллюминатор. Чёрная дыра. Искажённое пространство.
Но на секунду ему тоже показалось, что там луг. Зелёный. С цветами.
Он моргнул. Космос.
— Артём, — сказал Фил медленно, — я думаю, мы...
Он замолчал. Казалось, что чёрная дыра пожирала даже мысли. Дракончик впервые ощутил страх.
Артём смотрел на него выжидательно.
— Не помню, — признался Фил.
Артём кивнул. Как будто это было нормально.
Фил встал. Ему нужно было... что? Проверить данные. Или выпить кофе. Он не мог решить.
Он направился к двери. Открыл её.
Коридор.
Он пошёл по коридору. Дверь. Открыл.
Рубка.
Артём стоял у иллюминатора.
Я только что здесь был.
Фил остановился. Посмотрел на дверь за спиной. Потом на Артёма.
— Кто-то переставил модули местами, — сказал Фил.
Артём не ответил. Повернулся обратно к иллюминатору.
Фил вернулся к монитору. Данные. Цифры. Они мерцали. Или нет.
Он попытался сосредоточиться. Три теории. Космическое рассеяние. Слияние личностей. Информационная диссоциация.
Которую они уже обсуждали, он был почти уверен.
Фил не знал.
— Артём, — сказал он, — сколько времени прошло?
— С чего? — Артём не оборачивался.
— С момента... — Фил замолчал. — С момента коллапса туннеля.
Артём посмотрел на панель управления.
— Не знаю, — сказал он. — Часы показывают... что-то странное.
Фил подошёл. Посмотрел на дисплей.
Цифры менялись. Он знал, что это цифры, но вообще не мог их узнать, словно кто-то стирал их смысл из его памяти.
— Это ошибка, — сказал Фил. — Сбой системы.
— Наверное, — согласился Артём.
Но его голос звучал неуверенно.