Глава 139
— Фил! Ты меня слышишь?
Тишина.
Дракончик смотрел на экран, где дрейфовал корабль — огромный, безмолвный, медленно приближающийся к горизонту событий.
— Артём! Откликнитесь! Хоть что-нибудь!
Ничего.
Артемия стояла рядом, следила за показателями на соседнем мониторе.
— Энергия есть, — тихо сказала она. — Корпус цел. Системы частично активны. Но ни управления, ни связи.
Фил нахмурился. Квантовая сигнатура корабля была чёткой — он проявился в реальность полностью, перестал быть призрачным. Но связь... связь молчала.
— Может, они не могут ответить, — проговорил он медленно. — Что-то произошло. Что-то, что сделало их... недееспособными.
— Или системы связи повреждены.
— Возможно.
Фил посмотрел на траекторию. Красная линия вела прямо к чёрной дыре. Каждая секунда приближала корабль к точке невозврата.
— Сколько времени? — спросила Артемия.
— Четыре часа, — Фил вывел расчёты на экран. — Может, чуть больше. Но гравитация усиливается с каждой минутой. Чем дольше ждём, тем сложнее будет отрыв.
Тишина.
Артемия смотрела на дрейфующий корабль. Где-то там, за километрами металла и пустых коридоров, были они. Артём. Фил.
Живые? Она не знала.
— Буи, — сказал Фил, переключая экраны. — Тридцать штук. Графеновые тросы по пять километров каждый, автономная навигация, плазменные приводы. Запустим волнами — десять на нос, десять на центр, десять на хвост.
Он вывел схему корабля.
— Если зафиксируется минимум двадцать, у нас есть шанс. Меньше — тросы не выдержат нагрузку.
— Они смогут найти точки крепления сами?
Фил замолчал. Посмотрел на показатели искажений вокруг чёрной дыры.
— Сигнал... сильно искажается, — признался он. — Временная дилатация, гравитационные волны, электромагнитные помехи. Даже с автономным ИИ точность будет низкой.
— То есть буи будут крепиться вслепую.
— Да.
Артемия молчала несколько секунд. Смотрела на экран. На схему корабля. На красную траекторию, ведущую к горизонту событий.
— Нужен кто-то на месте, — сказала она тихо.
Фил повернулся к ней.
— Что?
— Кто-то, кто может подсветить точки крепления. Лазерными маркерами. Чтобы буи знали, куда цепляться.
— Артемия...
— Глайдер, — она уже шла к панели управления отсеком. — У тебя есть исследовательские глайдеры. Маленькие, манёвренные. Один я возьму.
— Нет.
Она остановилась. Обернулась.
— Слишком близко к чёрной дыре, — Фил покачал головой. — Гравитация, излучение, искажения. Это опасно.
— Буи без точной навигации будут крепиться наугад, — Артемия смотрела на него спокойно. — Половина не зафиксируется. Или зацепится не там, где нужно. Операция провалится.
— Я не могу...
— Фил, — она подошла ближе, — кроме них... кроме тебя, у меня здесь никого нет.
Пауза.
Дракончик молчал. Смотрел на неё.
И вдруг заметил.
Артемия стояла прямо. Взгляд был ясным. Движения — уверенными. В её глазах было что-то... живое.
Не то тихое существование, которое он видел все эти годы после катастрофы на её родной планете. Не выживание.
Огонь.
Она хотела это делать.
Фил вспомнил, какой она была раньше — до потери дома, до замкнутости, до бесконечного дрейфа в пустоте. Живой. Открытой.
И сейчас, впервые за столько времени, он увидел ту Артемию снова.
— Хорошо, — тихо сказал он. — Но ты держишься строго по параметрам безопасности. Дистанция не ближе двух километров от корабля. И связь постоянная.
Артемия кивнула.
— Спасибо.
Фил развернулся к панели.
— Подготовь глайдер. Я загружу в него усилители сигнала и лазерные маркеры. Тебе понадобится защита от излучения — квантовый костюм надень снова.
— Хорошо.
Она направилась к отсеку. Фил смотрел ей вслед.
Может, это было опасно. Но запереть её здесь, когда она впервые за годы почувствовала себя живой...
Это было бы хуже любой опасности.
Двадцать минут на подготовку.
Артемия надела квантовый костюм — чёрный, обтягивающий, с серебристыми линиями вдоль швов. Защитное поле активировалось, покалывая кожу.
Глайдер был небольшим — метров пять в длину, обтекаемый, с прозрачной кабиной и манёвренными двигателями. Фил загрузил в него всё необходимое: усилители квантовой связи, лазерные маркеры, систему сканирования.
— Проверяю связь, — сказал Фил. — Артемия, ты меня слышишь?
— Да, — её голос прозвучал чётко в динамиках. — Слышу отлично.
— Хорошо. Ты будешь ретранслятором между мной и буями. Все команды пойдут через тебя. Сканируешь корпус, выбираешь точки крепления, маркируешь их лазером. Буи ориентируются на твои сигналы.
— Понятно.
— Начальная дистанция — не меньше пяти километров. Если глайдер начнёт глючить, если почувствуешь что-то не то — сразу назад. Без вопросов.
— Без вопросов, — повторила она.
Фил замолчал на мгновение.
— Будь осторожна.
— Буду.
Шлюз открылся. Глайдер отстыковался, плавно вышел в открытый космос.
Артемия включила двигатели. Глайдер развернулся, взял курс на дрейфующий корабль.
Впереди, в нескольких километрах, висела чёрная дыра — массивная, безмолвная. Горизонт событий искажал пространство вокруг себя, изгибая свет звёзд в тонкие дуги.
А между ней и Артемией медленно дрейфовал корабль.
Огромный. Тёмный. Молчащий.
Артемия вела глайдер осторожно, чувствуя, как гравитация усиливается с каждым метром. Датчики пищали, предупреждая о возрастающих искажениях.
— Выхожу на позицию, — сказала она в микрофон. — Два километра от корабля. Держу дистанцию.
— Вижу тебя, — ответил Фил. — Готов к запуску первой волны. Ты готова?
Артемия посмотрела на корабль. Включила систему сканирования. Носовая секция появилась на экране — чёткая, детальная.
— Готова, — сказала она. — Начинаю маркировку носовой части.
Лазер активировался. Тонкий луч прочертил пространство, коснулся корпуса корабля. Артемия вела его медленно, выбирая прочные точки — стыки модулей, усиленные секции, выступы.
Десять точек. Десять маркеров.
— Нос готов, — сообщила она. — Можешь запускать первую волну.
— Запускаю.
На экране Артемии появились новые сигналы — десять буёв, выпущенных из корабля Фила. Они двигались быстро, манёвренно, корректируя траекторию плазменными двигателями.
Рой светлячков, несущихся к спящему гиганту.
Фил следил за процессом, понимая, насколько критична роль Артемии. В резонансной зоне у горизонта событий даже свет изгибался, теряя прямое распространение. Электромагнитные помехи и релятивистское замедление времени искажали любые сигналы с его корабля. Буи работали автономно, но без точных лазерных меток с ближней дистанции половина из них промахнулась бы мимо оптимальных точек крепления.
Только она могла дать им этот шанс.
Артемия следила за ними на экране. Первый буй приблизился к носовой секции, зафиксировался на маркере — трос автоматически закрепился, магнитная система сработала.
Буй 1: зафиксирован.
Второй. Третий.
Буй 2: зафиксирован.
Буй 3: сбой. Переход на резервный протокол.
Артемия напряглась. Третий буй завис в нескольких метрах от маркера, дрожал, пытался подойти ближе.
— Буй три испытывает помехи, — сказал Фил. — Искажения сильнее, чем я рассчитывал.
Буй дёрнулся, плазменный двигатель вспыхнул ярче. Подошёл. Зафиксировался.
Буй 3: зафиксирован.
Артемия выдохнула.
Четвёртый. Пятый. Шестой.
Буй 4: зафиксирован.
Буй 5: зафиксирован.
Буй 6: повреждён. Отключается.
Один буй погас. Дрейфовал прочь, унесённый гравитацией.
— Шестой потерян, — спокойно сообщил Фил. — Продолжаем.
Седьмой. Восьмой.
Буй 7: зафиксирован.
Буй 8: зафиксирован.
Девятый завис, пытаясь подойти к маркеру. Долго. Слишком долго.
— Давай, — прошептала Артемия. — Давай...
Буй 9: зафиксирован.
Десятый.
Буй 10: сбой. Повреждён. Отключается.
— Носовая секция завершена, — сказал Фил. — Восемь из десяти зафиксировано.
Артемия кивнула, хотя он не мог её видеть.
— Перехожу к центральной части.
Она развернула глайдер, повела вдоль корпуса. Сканировала центральные модули, выбирала точки крепления.
Десять новых маркеров.
— Центр готов, — сообщила она. — Запускай вторую волну.
Десять новых буёв вылетели из корабля Фила. Артемия следила за ними, чувствуя, как напряжение нарастает.
Время шло. Каждая минута приближала корабль к горизонту событий.
Первый буй второй волны зафиксировался быстро. Второй тоже.
Буй 11: зафиксирован.
Буй 12: зафиксирован.
Третий и четвёртый.
Буй 13: зафиксирован.
Буй 14: зафиксирован.
Пятый завис. Потерял ориентацию. Дрейфовал в сторону.
— Пятый сбился с курса, — Артемия попыталась усилить сигнал, но буй не реагировал.
Буй 15: потерян.
— Продолжаем, — голос Фила был напряжённым, но спокойным.
Внезапно корабль дрогнул. Едва заметно, но Фил это почувствовал.
Он быстро проверил показатели. Двигатели работали на удержание позиции. Но нагрузка росла.
Пятнадцать тросов уже связывали его корабль с дрейфующим гигантом. А дрейфующий гигант медленно тянуло к чёрной дыре.
Гравитация начала притягивать и его.
— Фил? — голос Артемии был встревоженным. — У тебя всё в порядке?
— Да, — он увеличил мощность двигателей. — Тросы создают связь. Чёрная дыра тянет их корабль, а он начинает тянуть нас.
Пауза.
— Если не зафиксируем достаточно буёв для отрыва...
Он не закончил фразу. Не нужно было.
Если не хватит тяги, чёрная дыра затянет оба корабля.
— Сколько нужно минимум? — спросила Артемия.
— Двадцать. Не меньше. Иначе мы не оторвём их. И сами не удержимся.
— Понятно, — её голос стал тверже. — Продолжаем.
Шестой, седьмой, восьмой — все зафиксировались без проблем.
Буй 16: зафиксирован.
Буй 17: зафиксирован.
Буй 18: зафиксирован.
Девятый буй приблизился, но столкнулся с сильным искажением. Завис. Задрожал.
— Девятый под воздействием гравитационной волны, — сказал Фил. — Пытается компенсировать.
Буй боролся несколько секунд. Потом плазменный двигатель вспыхнул ярче, толкнул его вперёд.
Буй 19: зафиксирован.
Десятый.
Буй 20: зафиксирован.
— Центральная секция завершена, — Фил сделал паузу. — Девять из десяти. Общий статус: семнадцать зафиксировано, три потеряно.
Артемия посмотрела на показатели времени. Прошло два часа.
Её глаза болели от напряжения. Руки затекли от управления маркерами. Она выпила воды из системы глайдера, откинулась на несколько секунд.
— Артемия, как самочувствие? — спросил Фил.
— Нормально, — она выпрямилась. — Продолжаем. Перехожу к хвостовой части.
Глайдер развернулся снова. Хвостовая секция была самой дальней, ближе всего к чёрной дыре.
Искажения здесь были сильнее. Датчики пищали громче.
Артемия сканировала корпус медленнее, выбирая точки осторожнее. Десять маркеров.
— Хвост готов, — её голос был усталым, но твёрдым. — Третья волна.
Последние десять буёв вылетели. Артемия следила за ними, чувствуя, как сердце бьётся быстрее.
Семнадцать уже зафиксировано. Нужно ещё минимум три. Лучше — шесть.
Первый буй зафиксировался.
Буй 21: зафиксирован.
Восемнадцать.
Второй.
Буй 22: зафиксирован.
Девятнадцать.
Третий завис. Долго. Очень долго.
— Давай, — прошептала Артемия. — Ну давай же...
Буй 23: зафиксирован.
Двадцать.
Порог пройден.
— Двадцать, — выдохнул Фил. — У нас есть шанс.
Четвёртый и пятый буи зафиксировались почти одновременно.
Буй 24: зафиксирован.
Буй 25: зафиксирован.
Двадцать два.
Шестой буй подошёл к маркеру, но в последний момент его сбило гравитационной волной. Он развернулся, попытался вернуться, но не смог.
Буй 26: потерян.
Седьмой зафиксировался.
Буй 27: зафиксирован.
Двадцать три.
Восьмой буй завис, борясь с искажениями. Потом его унесло в сторону.
Буй 28: потерян.
Девятый и десятый остались. Они подошли к маркерам почти синхронно.
Девятый зафиксировался быстро.
Буй 29: зафиксирован.
Двадцать четыре.
Десятый завис в метре от маркера. Дрожал. Двигатели работали на пределе.
— Последний буй испытывает критические помехи, — Фил следил за данными. — Не знаю, дотянет ли.
Артемия смотрела на экран. Буй боролся. Сантиметр за сантиметром приближался к точке крепления.
— Давай, — тихо сказала она. — Ты можешь.
Буй дёрнулся. Плазменный двигатель вспыхнул в последний раз. Толкнул вперёд.
Трос коснулся корпуса. Магнитная система активировалась.
Буй 30: зафиксирован.
— Двадцать пять, — голос Фила звучал облегчённо. — Двадцать пять из тридцати. Это... это больше, чем нужно.
Артемия откинулась на спинку кресла. Закрыла глаза на мгновение.
— Хорошая работа, — сказал Фил тихо.
— Спасибо.
Пауза.
— Возвращайся, — добавил он. — Мне нужно готовить систему к отрыву. А тебе нужно отдохнуть.
— Уже лечу.
Глайдер развернулся, взял курс обратно. Артемия посмотрела в последний раз на корабль — огромный, опутанный сетью тросов, неподвижный.
Где-то там, за километрами металла, были они.
Она не знала, живы ли они. Не знала, что с ними произошло.
Но сейчас у них был шанс.
Артемия вернулась через сорок минут. Глайдер состыковался, она вышла — уставшая, но с горящими глазами.
Фил встретил её у шлюза.
— Ты в порядке?
— Да, — она кивнула. — Устала, но в порядке.
— Иди отдохни. Выпей чего-нибудь. У нас ещё несколько минут до активации системы отрыва.
Артемия посмотрела на него.
— Я хочу быть здесь. Когда ты запустишь тягу.
Фил не возражал.
Они прошли на мостик. Фил вернулся к панели управления, начал вводить команды.
— Двадцать пять тросов зафиксировано, — проговорил он вслух. — Нагрузка распределена равномерно. Корабль массивный, но мы можем его оторвать. Если начнём сейчас.
Он посмотрел на траекторию. Красная линия приближалась к горизонту событий.
— Запускаю систему отрыва. Тяга на минимуме. Постепенное увеличение.
Его лапки пробежали по сенсорной панели.
Тросы натянулись. Медленно. Осторожно.
На экране показатели начали меняться. Напряжение росло.
Артемия следила за данными, затаив дыхание.
Корабль продолжал дрейфовать. Несколько секунд ничего не менялось.
Потом...
Траектория дрогнула.
Едва заметно. Но дрогнула.
— Он реагирует, — прошептал Фил. — Он начинает двигаться.
Тросы натянулись сильнее. Тяга увеличилась.
Корабль медленно, сантиметр за сантиметром, начал отрываться от гравитационного потока.
Артемия смотрела на экран. На красную линию траектории, которая начала изгибаться.
Отклоняться от горизонта событий.
— Работает, — тихо сказала она. — Это работает.
Фил кивнул, не отрывая взгляда от показателей.
— Да, — его голос был напряжённым. — Работает.
Тросы дрожали от нагрузки. Напряжение росло. Но они держались.
Корабль медленно двигался прочь от чёрной дыры.
Метр за метром.
Прочь от точки невозврата.