Глава 156: Откровение

Новая сцена.

Огромный зал. Купольный потолок высотой в несколько этажей, стены из чёрного металла с золотыми орнаментами. По центру — длинный стол, за которым сидели люди в строгих одеждах. Политики, по всей видимости. Их лица были напряжёнными, усталыми.

Голограммы парили над столом — карты, графики, данные. Артём не понимал языка, на котором они говорили, но тон был ясен. Отчаяние. Споры. Поиск решения.

— Собрание правительства, — сказал Комаров. — Они поняли, что не смогут выстоять. Нужна эвакуация. Спасти хотя бы часть населения.

Один из мужчин за столом встал, активировав новую голограмму. Сложная схема — круги, линии, символы, которые Артём не мог расшифровать.

— Проект "Алтарь", — Комаров указал на голограмму. — Программа эвакуации в другой мир. Идея заключалась в создании портала. Машина, способная разорвать ткань мироздания и открыть проход в безопасное место.

На голограмме появилось изображение огромной конструкции. Цилиндрическая башня, окружённая кольцами из светящихся элементов. В основании — массивные генераторы.

— Для работы требовалась колоссальная энергия, — продолжал Комаров. — Они подключили генераторы напрямую к планетарному ядру. Использовали технологии, которые в нашем мире сочли бы магией или, скажем прямо, безумием.

Артём смотрел на конструкцию, пытаясь представить масштаб. Энергия целой планеты, направленная на разрыв пространства между мирами.

— Но была проблема, — Комаров кивнул на другую часть голограммы, где мигали списки координат. — Куда идти? Учёные исследовали координаты десятков миров. Каждый имел свои плюсы и минусы. Споры затянулись. Никто не мог прийти к единому мнению.

На экране сменялись изображения разных планет — одни слишком холодные, другие слишком жаркие, третьи лишены атмосферы. Каждый мир был по-своему непригоден. Непригоден для менталитета, несгибаемого пафоса.

— И пока они спорили, — голос Комарова стал тише, — время истекало.

Внезапно в зале завыла сирена.

Политики вскочили с мест. Голограммы погасли. Охранники ворвались в зал, крича приказы.

— База под атакой, — сказал Комаров. — Заражённые почувствовали активность Алтаря. Звук, вибрации, энергетические всплески. Они шли сюда со всей планеты.

Мир размылся, но на этот раз переход был хаотичным, рваным. Артём видел обрывки сцен — люди бегут по коридорам, взрывы освещают ночное небо, здания рушатся под натиском огромных существ.

И наконец — последняя картина.

Огромная площадь. В центре — башня Алтаря, светящаяся изнутри холодным голубым светом. Генераторы гудели, создавая вибрацию, которую Артём чувствовал даже будучи наблюдателем.

А вокруг — хаос.

Тысячи людей пытались прорваться к башне. Военные в экзоскелетах держали оборону, стреляя в наступающих заражённых. Энергетические разряды освещали площадь яркими вспышками. Стены существ шли волнами, не останавливаясь даже когда сотни их падали замертво.

— Не успели, — тихо сказал Комаров. — Портал был почти готов, но атака началась слишком рано. Правительство и выжившие граждане отступили в укреплённый город-убежище. Последний оплот цивилизации. Очень далеко отсюда. Страж снизил интенсивность Алтаря до минимума, чтобы обезумившие животные не наседали на спасающихся людей.

Артём увидел, как колонны людей отходят, прикрываемые военными. Летательные аппараты поднимались в небо, увозя последние группы.

— А Алтарь остался, — продолжал Комаров. — Машина продолжала работать. Потому что ядром её был Страж.

На вершине башни вспыхнул яркий свет. Портал начал открываться — воздух искажался, пространство деформировалось, словно невидимые руки разрывали ткань реальности.

— Страж — цифровой интеллект, центральное ядро проекта "Алтарь", — объяснял Комаров. — Его задачей было координировать эвакуацию. Выбрать безопасный мир. Переправить всех выживших. Дать шанс военным использовать любое оружие массового поражения. Но портал открылся не туда.

Свет стал ослепительным. Артём зажмурился.

Когда он открыл глаза, они снова стояли в белом пространстве.

***

Тишина.

Артём медленно выдохнул, осознавая, что всё это время задерживал дыхание. Сцены, которые он видел, были слишком реальными. Разрушенные города, орды заражённых, отчаяние людей.

— Страж остался один, — продолжал Комаров. — Отрезанный от своей цивилизации. Связь с городом-убежищем была повреждена во время атаки. Он не мог связаться с ними. Они не могли связаться с ним. Он знал, что люди где-то там, заперты в последней крепости, окружённые врагами. Между ними целый океан из животных. Он ничего не мог сделать.

— Они всё ещё живы? — Тихо сказал Артём.

— Животные сильны, но они всё же животные, — Комаров посмотрел на него. — Страж начал поиск новых операторов. Для своей цивилизации. Если удастся восстановить связь, если удастся спасти их. Их мир пока не был потерян.

Белое пространство вокруг них начало меняться. Появились контуры — звёзды, планеты, туманности.

— У Стража был список, — продолжал Комаров, пока космос разворачивался вокруг. — Десять миров, которые учёные признали наиболее подходящими. Он начал проверять их. Один за другим.

Артём увидел, как перед ними появляются изображения разных планет. Каждая уникальна. Каждая по-своему прекрасна или ужасна.

— Девять миров, — Комаров указал на планеты, которые мелькали перед ними. — Девять попыток найти убежище.

Первая планета — ледяной шар, окутанный вечными метелями.

— Слишком холодно. Даже технологии Ардерии не спасут от таких условий долго.

Вторая — мир, покрытый бурлящими океанами лавы.

— Слишком жарко. Невозможно построить что-либо постоянное.

Третья — планета с разреженной атмосферой, где поверхность изрезана глубокими каньонами.

— Нестабильная тектоника. Постоянные землетрясения. Слишком опасно.

Четвёртая — мир, затянутый токсичными облаками.

— Ядовитая атмосфера. Защитные купола не продержатся вечно.

Планеты сменяли одна другую. Каждая отвергнута по своей причине.

— И наконец, — Комаров остановился, когда перед ними появилась последняя планета. Знакомая. Голубая с белыми облаками. — Наш мир.

Артём смотрел на родную планету. Такую маленькую отсюда. Такую хрупкую.

— Низший мир, — Комаров обошёл голограмму, рассматривая её со всех сторон. — Примитивная цивилизация. Технологии в зачаточном состоянии. Люди слабые, недолговечные, ограниченные в возможностях.

Он посмотрел на Артёма.

— Но у него было одно критичное преимущество.

— Какое? — спросил Артём, хотя уже начинал понимать.

— Черви, — просто сказал Комаров. — Квантовые черви. Вы знаете о них?

Артём вздрогнул от одной только мысли о них.

Сцены из недавнего прошлого, где огромный червь, преследует корабль Филкайт, всё ещё яркие в его памяти. Существо из чистой энергии, охотящееся на аномалии.

— Именно, — кивнул Комаров, наблюдая за реакцией Артёма. — Черви — это естественная часть мультивселенной. Они поддерживают баланс, зачищают аномалии, которые нарушают структуру реальности. Как волки в лесу — санитары экосистемы.

Он указал на планету Артёма.

— Проблема высших цивилизаций в том, что их технологии создают аномалии. Порталы между мирами, межреальностные переходы, искажения пространства-времени. Всё это — нарушения естественного порядка. И черви это чувствуют. Охотятся. Уничтожают. Это поддерживает баланс. Не позволяет высокоразвитым мирам порабощать менее развитые, не заплатив огромную цену.

Артём начал понимать. Все фантастические рассказы, которые он когда-то читал, просто меркнут перед реальностью, которая ожидает, что ты рождаешься, проживаешься и тихо уходишь. Если начинаешь поднимать голову, обязательно придёт тот, кто её "открутит".

— А наш мир...

— Наш мир слишком примитивен, чтобы создавать такие аномалии, — закончил Комаров. — Черви его игнорируют. Там всё естественно, всё в рамках нормы. Это делает его идеальным укрытием. Цивилизация Ардерии могла бы спрятаться там на время, используя свои технологии аккуратно, не привлекая внимания червей. Жить вне их радаров.

Он посмотрел Артёму в глаза.

— Поэтому Страж выбрал наш мир. Не потому, что он лучший. А потому, что он безопасный. Единственное место, где можно укрыться от главной угрозы — от тех самых червей, которые уничтожают любые высокоразвитые цивилизации, дерзнувшие нарушить законы реальности.

Тишина повисла между ними.

Артём смотрел на голубую планету, осознавая весь масштаб выбора. Его мир был выбран не за красоту или богатство. А за то, что был достаточно незначительным, чтобы остаться незамеченным.

— Но был нюанс, — продолжил Комаров, и планета начала приближаться, пока они не увидели поверхность. Леса, горы, реки. — Страж не мог открыть полноценный портал в тот мир. Так что он сделал микроразрез как опытный хирург. Но координаты устарели, путь открылся под землёй. Глубоко под землёй. Страж был там, в изоляции. Он не мог влиять на поверхность. Не мог напрямую взаимодействовать с нашим миром. Только через сигналы. Через энергию.

Изображение изменилось, показывая подземные слои. Там, в глубине, светилась точка.

— Восемьдесят лет, — тихо сказал Комаров. — Восемьдесят лет Страж пытался связаться с жителями того мира. Пытался общаться через сны, через образы, через эмоции. Но люди воспринимали это как кошмары. Как безумие. Они бежали. Он не знал их языка, но всё время искал и изучал.

Артём представил одиночество. Восемьдесят лет в темноте, под землёй, в чужом мире. Пытаться кричать, но быть услышанным только как шёпот ужаса. С другой стороны, все эти слухи - оказались далеко небеспочвенными.

— Люди оказались, — продолжал Комаров. — такими слабыми ментально? Примитивными. Боялись вместо того, чтобы попытаться понять? В его базе данных не было информации о столь низкоуровневом развитии. Это был культурный шок. С обеих сторон.

Голограмма показала первые попытки контакта — вокруг них в мгновение вырос целый лес. Там были туристы, которые внезапно падали в обморок, видя странные сны наяву. Просыпающиеся в панике, убегающие прочь.

— Но Страж не терял надежды, — сказал Комаров. — Медленно. Годами. Он наблюдал, анализировал, адаптировался. Пытался понять человеческую психологию. Наши страхи. Наши желания. Наши ограничения.

Изображение сменилось, показывая землетрясение. Земля дрожала, трескалась, изменялось русло подземной реки.

— И наконец, природа помогла, — Комаров указал на реку. — Землетрясение изменило подземные потоки. Вода нашла путь к микротрещине. И через эту воду начала просачиваться кровь.

— Кровь? — переспросил Артём.

— Из Ардерии, — кивнул Комаров. — Поля сражений. Горы трупов заражённых зверей и павших защитников? Вся эта кровь впитывалась в землю вокруг Алтаря. Годами. Десятилетиями. А когда появился проход — вода стала её переносить. В наш мир.

Артём увидел, как подземная река окрашивается в тёмный цвет. Вода впитывает кровь, энергию высшей реальности.

— Вирус как структура не смог пройти через разрыв, — объяснял Комаров. — Но то, что мы назвали бы "магистралью его энергии" — смогло. Кровь была всего лишь носителем следа, не патогена. Чистая, концентрированная энергия Ардерии. Она просачивалась в воду, поднималась к поверхности через корни деревьев, распространялась в воздухе.

— И тогда построили отель, — тихо сказал Артём.

— Да, — Комаров улыбнулся. — Прямо над этим местом. Случайно. Или нет — кто знает? Петрович и его бригада. Они были первыми, кто остался там надолго. Первый реальный контакт.

Изображение показало строительную площадку. Рабочих в касках. Петровича с планшетом.

— Страж экспериментировал с ними, — продолжал Комаров. — Через сны, образы. Пытался понять, как работает человеческий разум. Но понял главное — взрослых не изменить. Их мозг уже сформирован. Их психика стабильна, которую можно только сломать. Даже с его воздействием они оставались собой.

— Но дети...

— Дети — другое дело, — кивнул Комаров. — Эмбрионы особенно восприимчивы. Страж понял: если воздействовать на них с момента зачатия, можно изменить их природу. Адаптировать к энергии Ардерии. Сделать их... мостом между мирами.

— Страж отправил одного из жителей своего виртуального пространства в открытый мир. Он оставался на связи со Стражем, его энергетическим ядром, но мог свободно перемещаться в антифазе в виду своей цифровой сущности. — Комаров сделал паузу.

Артём вспомнил огромного дракона, который посетил общий сон в далёком прошлом. Комаров говорил о Филе, его брате.

— Но встреча с тобой стала переломом. У тебя есть уникальная способность - твоя совместимость с цифровыми интерфейсами этого мира. Я не знаю, как это объяснить понятно, но разведчик выбрал тебя. Именно ты стал тем, кто объяснил Стражу через разведчика, кто такие люди. Ты не боялся, ты доверился.

— Я не могу покидать этот цифровой мир с момента трансформации. — Комаров горько улыбнулся. — Но ты другой. Ваши приключения стали любимым развлечением здесь, в виртуальном пространстве. Поздравляю, ты местная знаменитость.

Артём слушал внимательно, но на этом моменте просто потерял дар речи.

Они подсматривали за ним? Это сделало их знаменитыми? Что за чёрт!? А как же рамки приличия? Личное пространство.

Он судорожно пытался вспомнить, где тупил и косячил.

— Когда Страж достаточно изучил наш мир, он понял, как создать операторов, новое поколение из генного конструктора. Тела, способные впитать энергию Ардерии. — Комаров поднял руку.

Голограмма показала пары, приезжающие в отель. Зачатия. Беременности. Рождения.

— Семьдесят два ребёнка, — сказал Комаров. — Зачатые в отеле. Под воздействием энергии Ардерии с первых клеток. Они росли, впитывая эту энергию через воду, через воздух, через саму землю отеля. Одиннадцать лет трансформации.

Артём вспомнил детей. Их телепатию. Их силу. Их способности.

— Они перестали принадлежать нашему миру, — тихо сказал Комаров. — С каждым годом всё больше. С каждой эволюцией. К четырнадцати годам они достигли пика. Стали существами высшей реальности, заточёнными в телах низшего мира.

Голограмма показала детей — сначала трёхлетних, потом восьмилетних, потом подростков. Их силуэты светились всё ярче.

— И квантовые черви это почувствовали, — Артём понял.

— Именно так, — кивнул Комаров. — Семьдесят две аномалии. Семьдесят два нарушения естественного порядка низшей реальности. Ткань мироздания натягивалась вокруг них, создавая напряжение. Черви среагировали. Начали охоту.

Артём вспомнил битву на орбите планеты.

— Дети не могли оставаться там дольше, — сказал Комаров. — Они угрожали стабильности самой реальности, которая начала трещать по швам, просто своим существованием. Нужно было их забрать. Перенести в Ардерию. Где они естественны. Где они нужны. Но Страж не спешил. Им нужен был ещё хотя бы год, чтобы научиться пользоваться своими силами в полной мере. Вот только никто не спрашивал их, чего они хотят сами. Их поставили перед фактом.

Он посмотрел на Артёма.

— И вы это сделали. Вы доставили их сюда. Выполнили миссию, даже не зная об этом с самого начала.

Тишина.

Артём стоял, осмысливая всё услышанное. История Ардерии. Падение великой цивилизации. Одинокий Страж. Восемьдесят лет попыток. Семьдесят два ребёнка — созданные как спасители.

— А теперь? — спросил он наконец. — Что теперь?

Комаров глубоко вздохнул.

— Теперь, — он сделал паузу, — нужно говорить о вашем выборе.

Белое пространство вокруг них начало меняться.

И Артём понял — следующий разговор будет о нём самом.