Глава 37. Выгодная сделка
Торвальд вздохнул, глядя на пустой зал. Его взгляд скользил по голым стенам, по отсутствию хоть какой-то мебели. Он почесал затылок, явно размышляя о чём-то.
— Слушай, Норка, — начал он осторожно. — А можно мне купить хоть стол и несколько стульев? Чтобы было где нормально поесть?
Открыл рот, чтобы ответить, но Кейрик меня опередил. Управляющий на экране покачал головой.
— Декорировать помещение банка может только его владелец, мастер Норка, — произнёс он официальным тоном. — При этом он может использовать только деньги, которые были заработаны им лично.
Торвальд замер, переваривая информацию. Он снова почесал затылок, на его лице читалась растерянность. Потом он вдруг оживился, словно поймал какую-то мысль.
— Хорошо, понял, — сказал купец. — Тогда у меня другой вопрос. Я могу проверить, что мои деньги действительно здесь? Что они в безопасности?
Кейрик кивнул.
— Конечно. Вы можете снять любую сумму со своего счёта в любой момент.
Торвальд подошёл к терминалу. Его пальцы неуверенно коснулись экрана, он явно ещё не привык к этому чуду. Нажал несколько кнопок, ввёл сумму.
— Сто монет, — сказал он вслух. — Для проверки.
Кейрик на экране улыбнулся.
— Операция подтверждена. Выдача средств.
Из-под стойки выдвинулся знакомый ящик с тихим механическим звуком. Внутри лежала аккуратная стопка монет — ровно сто штук. Торвальд осторожно взял их, пересчитал, внимательно осмотрел каждую. Потом снова посмотрел на экран терминала, где обновился баланс.
— Двести десять монет, — прочитал он вслух. — Всё правильно.
Он кивнул самому себе, явно довольный. Положил стопку монет на стойку рядом с терминалом и повернулся ко мне.
— Норка, у меня к тебе вопрос, — сказал он, и в его голосе слышалась осторожность. — Может быть, я смогу купить у вас с сестрой что-нибудь? Ну, не знаю… еду, например? Тогда ты получишь деньги и сможешь купить мебель.
Растерялся. У нас и правда ничего не было, кроме еды в корзине Лики. И та была на исходе.
— У нас ничего нет, — начал я неуверенно.
Но тут Лика вдруг вскочила.
— У нас есть! — воскликнула она, глаза её загорелись азартом. — У нас есть небольшой запас продуктов! Мы можем продать часть!
Уставился на неё. Сколько там этих продуктов? Мы сами едва сводим концы с концами!
Но Лика была полностью уверена в себе. Она подошла к терминалу и положила руку на экран. Открыла свою личную ячейку — и перед Торвальдом произошло ещё одно чудо. Из воздуха материализовалась небольшая деревянная корзина, полная еды.
Купец ахнул. Он шагнул вперёд, вытянув шею, чтобы лучше рассмотреть. Это было впервые — впервые он видел, как работает личная ячейка. До этого момента он только слышал о ней.
Лика поставила корзину на пол и начала доставать продукты один за другим, называя цены с такой уверенностью, словно всю жизнь торговала на рынке.
— Помидор, — она подняла красный спелый овощ. — Двадцать пять монет.
Торвальд моргнул.
— Огурец, — продолжила она невозмутимо. — Двадцать восемь монет.
Лицо купца начало краснеть.
— Редиска, — Лика выложила пучок. — Двадцать монет.
Торвальд сжал кулаки.
— Булочка хлеба, — она показала небольшой ржаной каравай. — Сорок монет.
Купец открыл рот, готовый возразить.
— Сыр, — Лика невозмутимо продолжала. — Тридцать пять монет.
Торвальд уже был готов начать торговаться. Его лицо пылало, руки дрожали. Он явно считал, что его нагло грабят средь бела дня.
— И вяленое мясо, — Лика закончила, подняв последний свёрток. — Пятьдесят пять монет.
Она уставилась на Торвальда, ожидая ответа. Купец набрал воздуха в грудь, готовясь спорить до последней маленькой монеты.
Но вдруг остановился.
Его лицо изменилось. Краснота спала, сменившись выражением осознания. Он посмотрел на Лику — двенадцатилетнюю девочку в потрёпанной одежде. Потом на меня — семилетнего мальчика, который старался выглядеть серьёзно. Потом на скудный запас еды в корзине. Его взгляд задержался на почти пустом дне.
Торвальд тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу. Понял. Он понял, что хотел купить у нас последнее, что у нас осталось. И был готов торговаться.
Торвальд тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу.
— Хорошо, — сказал он тихо. — Я возьму вяленое мясо, булочку хлеба, один помидор и один огурец.
Он начал отсчитывать монеты. Сначала взял часть со стойки — те самые сто монет, которые только что снял. Пятьдесят пять за мясо. Сорок за хлеб. Двадцать пять за помидор. Двадцать восемь за огурец. Итого сто сорок восемь монет.
Не хватало сорока восьми. Торвальд полез под халат и достал ещё один небольшой мешочек с монетами. Добавил недостающее.
Он протянул деньги Лике, но та покачала головой и указала на меня.
Шагнул вперёд и принял монеты. Краем глаза заметил, как Лика подмигнула мне, прижимая пустую корзину к груди, словно победный трофей. Её лицо светилось довольством — план сработал.
Подошёл к терминалу и положил руку на экран. Выбрал операцию вклада наличных. Открылся ящик, и я высыпал туда все сто сорок восемь монет. Они исчезли с тихим звоном.
Кейрик объявил:
— На счету мастера Норки зафиксирована новая сумма. Текущий баланс: четыреста семьдесят четыре монеты и пятьдесят копеек.
Он сделал паузу, потом добавил сухим официальным тоном:
— Источник средств: торговая операция с зарегистрированным клиентом. Статус операции: легитимная выручка владельца. Средства доступны для всех операций.
Выдохнул. Это были деньги, заработанные мной. Теперь можно было купить мебель.
Открыл магазин банка и начал искать. Категория «Мебель». Подкатегория «Кухонные комплекты».
И вот он — самый простой вариант.
Обеденный комплект. Круглый стол на четырёх крепких ножках из массива дерева светлого оттенка. Столешница гладкая, покрыта защитным слоем. Ножки соединены дополнительной планкой под столешницей для устойчивости. В комплекте четыре простых стула — удобные, надёжные, без лишних украшений.
Цена: сто шестьдесят монет.
Скрипнул зубами. Все заработанные Ликой деньги плюс часть моих собственных накоплений. Но выбора не было.
Нажал «Приобрести».
На экране появилось изображение зала банка. Кейрик объяснил:
— Пожалуйста, выберите место для размещения мебели.
Огляделся. Зал был пуст. Решил поставить стол недалеко от кулера — так будет удобнее.
Указал точку на схеме и подтвердил.
Мы все обернулись.
В указанном месте вспыхнула яркая искра. И через мгновение там уже стоял купленный комплект — стол и четыре стула вокруг него.
Торвальд замер с открытым ртом. Потом рванул к столу, словно боялся, что тот исчезнет. Схватился за столешницу обеими руками, потряс её. Крепко. Реально.
Он присел на корточки, заглянул под стол, ощупал ножки, проверил соединения. Потом взялся за один из стульев, поднял его, осмотрел со всех сторон, поставил обратно и сел.
Стул выдержал его вес без скрипа.
— Невероятно, — прошептал Торвальд. — Это реально. Совершенно реально.
Он быстро встал, взял купленные продукты и разложил их на столе. Хлеб, мясо, помидор, огурец. Сел на стул и начал есть.
Ел молча, сосредоточенно. Видимо, действительно был голоден после трёх дней в седле.
Стояли в стороне с Ликой, наблюдая за ним. Сердце всё ещё сжималось при мысли о потраченных деньгах. Триста четырнадцать с половиной монет осталось на счету. До пяти тысяч для третьего уровня — пропасть.
Но зато теперь в банке был стол. И стулья. Хоть какой-то комфорт.
Торвальд закончил есть и вытер рот тыльной стороной ладони. Поднялся, подошёл к двери с буквой «М» и скрылся внутри. Через несколько минут вышел, уже переодетый в свою дорожную одежду. Халат, полотенце и все остальные покупки он аккуратно сложил под мышку.
Подошёл к терминалу, положил руку на экран и открыл свою личную ячейку. Туда отправились все его вещи — мыло, шампунь, полотенце, халат, тапочки.
Кейрик прокомментировал:
— Ваши вещи сохранены. Вы можете забрать их в любой момент при следующем визите.
Торвальд кивнул, явно довольный. Потом снова сел за стол.
Следующий час прошёл спокойно. Торвальд доедал свой завтрак не торопясь, периодически что-то рассказывая о своих путешествиях. Лика слушала с интересом, задавая вопросы о дальних городах и диковинных товарах. Я сидел рядом, кивая, но мысли мои были заняты другим — как заработать оставшиеся деньги до пяти тысяч.
Когда часы на стене показали десять десять, я поднялся.
— Мне нужно выйти, — сказал я. — Проверить, что там снаружи.
Торвальд кивнул, продолжая неспешно жевать. Лика осталась с ним — явно ей было интересно слушать истории купца.
Открыл дверь банка и шагнул наружу.
Первое, что я заметил — земля подсохла. Вчерашняя грязь превратилась в плотную корку, по которой можно было осторожно передвигаться, не утопая по щиколотку. Солнце пробивалось сквозь тучи, освещая деревню тусклым светом.
Но второе, что бросилось в глаза — на улице было слишком оживлённо.
Люди сновали туда-сюда, несли какие-то вещи, разговаривали между собой. Кто-то подметал крыльцо своего дома, кто-то чинил забор. Я остановился в замешательстве. Почему они не в поле? Неужели снова атака?
Прислушался. Тревожного колокола не слышно. Да и люди выглядели спокойными, даже оживлёнными. Никакой паники.
Но вот что было странно — откуда-то с востока доносился незнакомый гул. Не шум работы, не крики тревоги. Голоса, много голосов, смешанные с лязгом металла и скрипом колёс. И запах. Слабый, но отчётливый — дым костров, лошадиный пот и что-то ещё... специи? Пряности, которых в деревне не держали.
Пошёл вперёд, стараясь не привлекать внимания. Навстречу шёл один из соседей — немолодой мужчина с седой бородой, который помогал нам разбирать завалы несколько дней назад.
— Доброе утро, Норка, — кивнул он мне.
— Доброе утро, — ответил я. — Что произошло? Почему все не в поле?
Мужчина улыбнулся.
— Наконец-то прибыли люди лорда, — сказал он. — Все готовятся к встрече с ними.
Замер.
Люди лорда. Конечно. Этого события ждали полгода. Это была не просто необходимость отдать налог — это была возможность. Купцы, которые следовали за караваном лорда, привозили товары из дальних земель. Вещи, которые в обычной деревне не достать. Инструменты, ткани, специи, редкие семена.
Обычно в такое время в деревне устраивали настоящий праздник. Люди накрывали столы, варили пиво, пекли хлеб. Дети бегали между лавками купцов, глазея на диковинки. Музыканты играли на площади.
Но сейчас... после нападения разбойников, после смертей и разрушений... людям было особо не до праздника.
Кивнул соседу и пошёл дальше, в сторону центра деревни, туда, где обычно разбивали лагерь караваны.
Не успел дойти до середины пути, как увидел старейшину Керага. Он стоял у своего дома, отдавая кому-то распоряжения. Заметив меня, помахал рукой.
Подошёл к нему.
Кераг внимательно осмотрел меня с головы до ног. Его взгляд задержался на моём лице, потом скользнул по одежде. Выглядел я действительно помятым — одежда была потрёпанной, кое-где с пятнами от работы. Но сам был чистым. Вчерашний душ в банке сделал своё дело.
Старейшина довольно кивнул. По его лицу было видно, что он не хотел, чтобы ребёнок моего возраста работал так тяжело. Но то, что при этом выглядел ухоженным, явно его приятно удивило.
— Норка, — сказал он, — приходи ко мне с Ликой через час. Нужно кое-что обсудить.
Кивнул в ответ.
— Хорошо.
Развернулся и пошёл обратно. Нужно было рассказать хорошую новость и Лике, и купцу. Торвальд теперь сможет безопасно уехать с караваном в столицу.
Минут через семь уже подходил к своему разрушенному дому. Огляделся по сторонам — никого рядом. Осторожно вошёл в банк.
Торвальд стоял у терминала, рассматривая магазин товаров и почёсывая затылок. Видимо, разглядывал что-то интересное. Лика сидела на стуле за столом, верхняя часть её тела лежала на столешнице, голова покоилась на скрещённых руках. По её виду сразу было видно, что она умирает от скуки.
— В деревне караван! — объявил, едва переступив порог.
Лика вскочила так резко, что стул чуть не опрокинулся.
— Правда?! — Её лицо засияло. — Значит, солдаты лорда здесь! Мы можем расслабиться!
Потом её выражение изменилось. Радость сменилась грустью.
— Жаль только... — она опустила глаза. — Мы с родителями планировали посетить ярмарку. Хотели купить что-то для меня. Новую одежду, может быть...
Она замолчала, кусая губу.
Посмотрел на Торвальда. Ожидал увидеть облегчение на его лице — ведь теперь он мог безопасно добраться до столицы. Но вместо этого купец выглядел встревоженным. Его брови сошлись к переносице, губы поджались.
— Разве это не хорошо? — спросил осторожно. — Ты сможешь отправиться с солдатами лорда в столицу. Безопасно.
Торвальд покачал головой.
— Нет, Норка, — сказал он тяжело. — Это проблема.
Не понял.
— Почему?
Купец вздохнул и присел на край стола.
— Деньги, которые при мне, — начал он медленно, — являются частью секретной миссии. Я не могу с ними присоединиться к каравану лорда.
Он помолчал, потом продолжил:
— Купцы, которые путешествуют с караваном, обязаны описать всё своё имущество. Каждый мешок, каждый товар. Солдаты должны понимать, кто следует рядом с ними. Это безопасность.
Он помолчал, потом продолжил:
— У них есть писарь с печатью лорда. Он заносит всё в реестр. Если при проверке найдут что-то незадекларированное — конфискация на месте, до выяснения обстоятельств. А выяснение... — Торвальд поморщился. — Это допрос в столице. Долгий, неприятный допрос.
Торвальд похлопал рукой по мешку на поясе под халатом.
— Но такие деньги... — он покачал головой. — Это безумие даже для сборщиков налогов. Они ни в жизнь не согласятся позволить человеку с такими средствами находиться в их караване. Слишком большой риск. Они подумают, что я либо вор, либо шпион. Меня арестуют на месте и потащат на допрос.