Gogol

– Я вхожу!

Похоже, у них это семейное – привычка спрашивать разрешения, чтобы потом вломиться без спроса!

Хах, крепись Шэнь Цинцю, крепись тебе ещё жить с Ло Бинхэ

Своим телом он надежно прикрывал схоронившегося под одеялами Ло Бинхэ, а Шэнь Цинцю, почти взгромоздившись на Чжучжи-лана, маскировал пальцы ученика, приставленные к вратам жизни [1] соперника. Подобная поза, в сочетании с колышущимися занавесями кровати, весьма успешно отвлекала внимание, сводя на нет возможность обнаружения третьего участника этого действа хотя бы на краткое время.

– Ни к чему объяснения, – кивнул в ответ Тяньлан-цзюнь. – Я понимаю, я все понимаю.

Да конечно, понял он

При его приближении Шэнь Цинцю еще крепче вцепился в Чжучжи-лана, удерживая того на месте, в то время как Ло Бинхэ все сильнее давил на его врата жизни; от напряжения учитель и ученик все теснее приникали к друг другу, зажимая между собой такого невинного и такого невезучего Желейку.

Желейку

– Чтобы утолить боль расставания, вы встретились среди ночи под покровом тайны. Хоть это и вредит вашей репутации, это можно понять.

От подобного Шэнь Цинцю вновь утратил дар речи.

Шэнь Цинцю такими темпами разлучиться говорит, хватит его в краску вгонять (Пожалуйста 🥺)

При этом потерявший столько крови демон не стал ни на йоту бледнее – у него, что, донорский банк в рукаве?

В конце концов, именно это в конце романа замутил Ло Бинхэ, объединив миры демонов и заклинателей согласно своему сумасшедшему плану. И до недавнего времени Шэнь Цинцю полагал, что имеет дело именно с таким жадным до власти безумцем.

Весь в отца

Наконец Шэнь Цинцю удалось сделать вдох, чтобы одернуть ученика:

– Ло Бинхэ, а ну на колени!

Хых

Он еще не успел закончить фразу, когда Ло Бинхэ наконец не выдержал, поднявшись в полный рост.

Ло Бинхэ ты либо дибил либо гений

Ах так, теперь мы возжелали самый ценный артефакт главного героя, дающий ему перевес? Шэнь Цинцю собирался было бросить что-то вроде: «И не мечтай!» или «Закатай губу обратно!», когда Ло Бинхэ поднял руку – и Чжучжи-лан повторил его жест, принимая меч. Сделка была заключена в доли секунды – главный герой расстался со своим верным оружием, не потратив ни мгновения на раздумья!

Ло Бинхэ ты идиот..

С этими словами улыбка пропала с губ Тяньлан-цзюня, а свет в глазах Шэнь Цинцю померк. Со всех сторон его обхватили красные пульсирующие стенки, замуровав его в тесном пространстве.

Чжучжи-лан его проглотил.

Мне не нравится уже эта змеюка

Как бы то ни было, разглядеть лицо он так и не смог – его слепили сверкающие яростным огнем глаза и пышущая на лбу демоническая печать.

С добрым утром

Он и в самом деле не знал, куда идет. Без Ло Бинхэ и Синьмо ему ни в жизни не покинуть стен Священного мавзолея, так что направление не имело значения. Он рисковал своей жизнью, чтобы вытащить Ло Бинхэ, и все, что он заслужил взамен – очередной сеанс бешеного ора. Право слово, с него хватит.

Задолбали бедного..

– Учитель, прошу, ударьте меня, если это поможет вам выместить гнев!

Кто-нибудь, умоляю, срочно избавьте меня от этого мазохиста [6] – заприте его где-нибудь, что ли…

Мазохист :)

Какой еще бедолага, кроме него, будет хлестать кровь священных демонов, словно Ред Булл? Кто еще умудрится вкусить кровь троих кряду?

От звука этого удара Шэнь Цинцю словно воочию почувствовал вспышку острой боли. Не в силах этого выносить, он постарался прикрыть ладонью затылок Ло Бинхэ, чтобы предотвратить дальнейшие удары, и ощутил под пальцами уже вздувающуюся шишку. Ни к чему позволять его мальчику биться лбом об стены – у него без того с головой проблемы, а он сегодня и так получил по ней сполна, да еще и эта лихорадка!

Блин Шэнь Цинцю даже в самую сложную ситуацию не прекратит удивлять!

Тем временем, звуки хриплого дыхания все приближались, и в такт им на полу дико плясали переплетающиеся тени. Видя, что ситуация принимает все более отчаянный оборот, Шэнь Цинцю запрыгнул в один из каменных саркофагов. Изначально он собирался спрятать Ло Бинхэ в другом гробу, но времени на это уже не было, так что, задвинув крышку, он попросту упал в глубокий саркофаг плашмя вместе с учеником.

У Мосян Тунсю фетишь на гробы..

«Эй, старикан, не смей говорить о нем так, будто он уже умер!» – мысленно выбранился Шэнь Цинцю, нахмурившись. Что, спрашивается, Мэнмо имел в виду под словами «если бы он мог очнуться»? От одного такого тона у кого угодно опустятся

Его харизма>>>

[Йо-о-оу!!!~~ Вам начислено +1000 баллов к уровню расположения [18]!┏(┏^q^)┓~ Поздравляем вас с достижением «Первый физический контакт»!]

Как же я киню систему

Небесный столп [20], мать вашу! Тот самый небесный столп!

Хпхппхпп

Ло Бинхэ воистину заслуживает звание мазохиста! Выходит, он не может быть счастлив, пока ему хорошенько не всыплешь! Подумать только – на сей раз Система не только одарила его целым водопадом очков, но еще и смайликом разродилась! Да и на тильду (~) она расщедрилась впервые на его памяти! За все проведенные в этом мире годы Шэнь Цинцю не доводилось видеть подобной дичи – и от осознания того, что эта дичь [1] взращена его собственными руками, радостнее не становилось.

Как я и говорила ранее: М — мазохист.

– Можете не сдерживаться – меня это не убьет! Этот ученик с радостью снесет все, что угодно, от рук учителя!

Ути какой довольный.. МАЗОХИСТ..

У него быстро возникла одна малоприятная догадка: судя по ощущениям, он был заточен в каком-то узком длинном каменном ящике. Холодный гладкий камень на ощупь походил на мрамор. Его толщина достигала где-то четырех цуней [2], как он убедился, изучив ящик с помощью духовной энергии.

У Мосян фетишь на гробы?)) (Кто читал небожижу поймёт)

Выходит, слухи о том, что Священный Мавзолей обладает средствами для подобного призыва мертвых, и впрямь имеют под собой почву. И похоже, кто-то додумался воспользоваться этим способом: сперва умыкнул тело Шэнь Цинцю, а затем задействовал ритуал призыва, который, вырвав его из нового тела, в мгновение ока переправил в старое.

100% это тело спёрла Ша Хуалин!!

Не теряя времени даром, Шэнь Цинцю в мгновение ока умчался в другой конец коридора, однако как бы он ни петлял, слабый зеленый свет неотрывно следовал за ним, не позволяя скрыться. Сколь бы быстрым он ни был, раздраженные светом Незрячие остовы были еще быстрее!

Ци Жун балуется?

Пресвятые помидоры! Настоящий оживший труп!

А чо не сразу огурцы? Или самолёты?

– Это вы славитесь самообладанием, учитель, – внезапно севшим голосом отозвался Ло Бинхэ. – А я больше не в силах сдерживаться.

Шэнь Цинцю не успел толком обдумать эту фразу, когда внезапно ощутил боль в спине – и только тут понял, что они с Ло Бинхэ рухнули на кровать.

Принужденный к подобной позе заклинатель проорал про себя «Бля-а-а!» с сотню раз: ему совершенно не улыбалось в буквальном смысле раздвигать ноги под нависшим над ним мужчиной. Вскинувшись, он точно рассчитанным выбросом энергии и ловким движением поясницы скинул с себя Ло Бинхэ, поменяв их позиции подобно смене созвездий на небе – теперь он прижимал Ло Бинхэ к кровати. Вытащив Сюя на три цуня [16], он хладнокровно прижал лезвие к горлу ученика. Впервые в жизни кто-то довел его до настолько исступленной ярости. С перекошенным от ярости лицом он процедил:

Тут не только бл, тут прям конкретно матерится надо.

Тем самым он блокировал как пути отступления для Ло Бинхэ, так и жизненно важную точку на его шее, однако же глаза его ученика сияли, словно ничто не препятствовало течению его духовной энергии. Нимало не устрашенный острым как бритва лезвием у своего горла, он одной рукой схватил Шэнь Цинцю за запястье, другой же оперся о кровать, чтобы приподняться. Один мощный толчок – и их позиции вновь поменялись – однако рука Шэнь Цинцю и тут не дрогнула, бестрепетно прижав жизненную точку на шее Ло Бинхэ рукоятью Сюя.

М — Мазохист

После еще нескольких таких переворотов они, окончательно сплетясь в клубок, свалились с кровати, рассыпая во все стороны искры и вспышки духовной энергии, сталкивающиеся с демоническими эманациями – вскоре комнату застил густой туман, в котором они продолжали наносить удары не глядя. С тех пор, как он вселился в тело утонченного заклинателя, Шэнь Цинцю и думать забыл, когда в последний раз дрался в столь варварской манере. И тут, в самый разгар битвы, его вдруг осенило.

М-да весело у них там..

Где Шэнь Цинцю показал фак недо самолёту — отдельный вид искусства!✨

Обхватив Шэнь Цинцю поперек тела, Ло Бинхэ насмешливо бросил:

– Ты что-то сказал?

Блин, это очень похоже на сцену из небожижы! Где Хуа Чен спёр Селянку из ареста!!

Это объяснение было кратким и доходчивым – чего не отнять, того не отнять. Несколько пар глаз тотчас обратились к Шэнь Цинцю. Лю Цингэ уставил на него острие Чэнлуаня, и убийственное выражение его лица было страшнее, чем когда он кидался на Ло Бинхэ.

Ой, блть, пизда Шэнь Цинцю..

Это могло значить лишь одно: пока две противоборствующие стороны пререкались в главном зале, какой-то неизвестный – или неизвестные – воспользовались творящейся суматохой, чтобы, преодолев защиту, умыкнуть тело Шэнь Цинцю прямо из-под носа у толпящихся по соседству заклинателей и демонов [12]! Вот это мастерство!

Тихо спизил и ушел — называется нашел. А вообще мне кажется это спёрла Ша Хуалин, особенно если читать далее, то можно понять почему..

«На кой всем сдалось мое тело? – не без досады подумалось Шэнь Цинцю. – Живым я, видите ли, никого не интересую, а на мертвого кидаются, будто на горячие пирожки [13]!»