Личь

— В данный момент я не смогу этого сделать.

Золотой текст в зеркале мгновенно потемнел, а затем снова засветился, преобразуя слова:

«Хорошо. Ваш верный и покорный слуга, Арродес, будет терпеливо ждать этого дня.»

Как только он это сказал, его жена схватилась за живот и нахмурилась.

— Немного больно.

Аарон, который впервые стал отцом, немедленно проверил ее и не обнаружил никаких проблем, но его жена чувствовала большой дискомфорт. Казалось, что ребенок в ее утробе закатывает истерику.

— Я... я думаю, что не пойду туда. Я хочу вернуться домой и отдохнуть, – предложила жена Аарона.

Аарон подумал немного и сказал:

— Я провожу тебя домой.

Он тут же приказал своему камердинеру:

— Выходи из кареты и отправляйся в ресторан, чтобы извиниться перед бароном Синдрасом от моего имени.

После того, как карета развернулась, дискомфорт, который испытывала жена Аарона, уменьшился. К тому времени, как они начали отдаляться от ресторана, все было в норме.

Она с досадой показала на свой живот.

— Похоже, он не хочет есть мороженое.

Апчхи! В ресторане Интис Серенцо Клейн наслаждался мороженым. На середине пути он обнаружил, что у него чешется нос, и, достав кусок бумаги, чихнул в него.

— Я уже представляю, как посажу на коленки внучку и скажу ей, что в тот день, когда она родилась, все эльфы Фантазии прошептали ее имя.