+3
Активность
Комментарии
764 публикаций
+3
История 4 - Что умеет Гислейн
Часть 1
Королевский телохранитель. С древних времён — почётная обязанность, которой удостаивались лишь знатные роды. Они стояли рядом с монархом, охраняя его от любых угроз — не только от клинков и стрел. Иногда долг телохранителя требовал не силы, а ума: подсказать нужное слово, поддержать в трудный момент. Порой именно их поведение определяло, как воспринимают достоинство их господина.
И вот, на пути к этому званию стояла одна женщина — мечница по имени Гислейн. Да-да, та самая Гислейн вот-вот должна была стать личным телохранителем королевы.
— Эх... — вздохнул один человек, наблюдая за этим.
Его звали Люк Грейрат. Он был назначен наставником Гислейн, чтобы обучить её манерам и обязанностям придворного стража. Люк имел все основания для уверенности: ведь именно он когда-то превратил простую деревенскую девушку в достойную королевскую телохранительницу. Теперь же, услышав, что Гислейн займёт аналогичное место, он сам вызвался наставлять её.
Но путь этот оказался... тернист. Почему? Мудрым читателям объяснять, пожалуй, и не нужно. Но всё же — объясним. Проблема была проста: Гислейн не усваивала ровным счётом ничего.
— Может, я плохо объясняю?.. Нет, не может быть… — бормотал Люк, чувствуя, как у него тает уверенность.
Он ведь был уверен в успехе! Гислейн — высокая, сильная, с телом, в котором мощь удивительно сочеталась с женственностью. Ему, человеку не из рода Борей, зверолюди были безразличны… но годы тренировок сделали её фигурой самой природы. Несмотря на возраст, она выглядела потрясающе. Да и сам Люк — человек, умевший ладить с женщинами, — не сомневался, что с ней справится.
— Гислейн, — сказал он спокойно, уже в третий раз повторяя, — когда кто-то приветствует леди Ариель на приёме, ты должна сделать шаг назад, скрестить руки на груди и поклониться.
— Поняла.
— Покажи.
— Так?
— Да, именно так. У тебя получается.
— Видишь, я же говорила — понимаю.
Нет, она не понимала. Если бы понимала, это не было бы третьим повторением. На сегодняшнем приёме, когда министр подошёл приветствовать Ариэль, Гислейн просто стояла, скрестив руки, и презрительно фыркнула сверху вниз. Министр, разумеется, обиделся. Пробормотал пару «тонких» замечаний вроде: «Похоже, Её Величество не слишком высокого мнения обо мне» — и, пожелав королеве успехов, удалился. Тот, кто знает Рудеуса, наверняка бы подумал: «Вот это провал коммуникации». Министр, к слову, контролировал южные торговые пути… а теперь фактически стал врагом.
— Послушай, Гислейн, — вздохнул Люк. — Победа леди Ариэль почти обеспечена, но мы должны думать на десять, двадцать лет вперёд. Любое недовольство может обернуться предательством.
— Пока я рядом, ни один убийца не подкрадётся, — ответила она уверенно.
— Я не об этом… — Люк едва сдержался, чтобы не потереть виски.
Он немного недооценил, что значит “трудно управляемая”, когда Рудеус предупреждал его:
— «Она немного... сложная.»
Тогда Люк лишь усмехнулся: «Я умею находить общий язык со сложными женщинами.»
Он действительно верил в это.
(Нет… я делаю это ради леди Ариэль. Назад дороги нет!)
Он вспоминал, как когда-то поднял меч против своего господина и был прощён. Теперь, ради её будущего, он поклялся превратить эту воительницу в достойного защитника.
— Гислейн, завтра ты проведёшь день со мной. Будешь наблюдать и учиться.
— А как же охрана?
— Я получу разрешение у леди Ариэль. Её временно прикроют другие.
— Понятно.
Если даже Сильфи, с её стеснительностью, смогла выучить этикет и стать примерным телохранителем — значит, и Гислейн сможет.
Обязана.
Люк сжал кулаки и приготовился к трудным дням.
Часть 2
На следующий день. Чудо свершилось. Люк сумел вбить в Гислейн одно-единственное правило: «Молчи и стой смирно, пока не появится угроза. Только тогда — обнажай меч.»
Это она усвоила мгновенно. В сущности, она и раньше делала именно это — просто теперь официально. Однако даже этот результат дался Люку тяжело. Он бессильно опустился на стул и устало пробормотал:
— Сегодня я окончательно понял… Ты безнадёжна во всём, кроме фехтования.
— Неправда, — возразила Гислейн, гордо выпрямившись. — Я и в другом хороша.
— Да? И в чём же? — приподнял бровь Люк.
Гислейн гордо выпятила грудь:
— В чтении, письме, арифметике… и немного в магии. Рудеус меня учил.
После этих слов уважение Люка к Рудеусу взлетело до небес. С того дня он относился к нему с куда большим почтением. Но это — уже совсем другая история.
Часть 1
Королевский телохранитель. С древних времён — почётная обязанность, которой удостаивались лишь знатные роды. Они стояли рядом с монархом, охраняя его от любых угроз — не только от клинков и стрел. Иногда долг телохранителя требовал не силы, а ума: подсказать нужное слово, поддержать в трудный момент. Порой именно их поведение определяло, как воспринимают достоинство их господина.
И вот, на пути к этому званию стояла одна женщина — мечница по имени Гислейн. Да-да, та самая Гислейн вот-вот должна была стать личным телохранителем королевы.
— Эх... — вздохнул один человек, наблюдая за этим.
Его звали Люк Грейрат. Он был назначен наставником Гислейн, чтобы обучить её манерам и обязанностям придворного стража. Люк имел все основания для уверенности: ведь именно он когда-то превратил простую деревенскую девушку в достойную королевскую телохранительницу. Теперь же, услышав, что Гислейн займёт аналогичное место, он сам вызвался наставлять её.
Но путь этот оказался... тернист. Почему? Мудрым читателям объяснять, пожалуй, и не нужно. Но всё же — объясним. Проблема была проста: Гислейн не усваивала ровным счётом ничего.
— Может, я плохо объясняю?.. Нет, не может быть… — бормотал Люк, чувствуя, как у него тает уверенность.
Он ведь был уверен в успехе! Гислейн — высокая, сильная, с телом, в котором мощь удивительно сочеталась с женственностью. Ему, человеку не из рода Борей, зверолюди были безразличны… но годы тренировок сделали её фигурой самой природы. Несмотря на возраст, она выглядела потрясающе. Да и сам Люк — человек, умевший ладить с женщинами, — не сомневался, что с ней справится.
— Гислейн, — сказал он спокойно, уже в третий раз повторяя, — когда кто-то приветствует леди Ариель на приёме, ты должна сделать шаг назад, скрестить руки на груди и поклониться.
— Поняла.
— Покажи.
— Так?
— Да, именно так. У тебя получается.
— Видишь, я же говорила — понимаю.
Нет, она не понимала. Если бы понимала, это не было бы третьим повторением. На сегодняшнем приёме, когда министр подошёл приветствовать Ариэль, Гислейн просто стояла, скрестив руки, и презрительно фыркнула сверху вниз. Министр, разумеется, обиделся. Пробормотал пару «тонких» замечаний вроде: «Похоже, Её Величество не слишком высокого мнения обо мне» — и, пожелав королеве успехов, удалился. Тот, кто знает Рудеуса, наверняка бы подумал: «Вот это провал коммуникации». Министр, к слову, контролировал южные торговые пути… а теперь фактически стал врагом.
— Послушай, Гислейн, — вздохнул Люк. — Победа леди Ариэль почти обеспечена, но мы должны думать на десять, двадцать лет вперёд. Любое недовольство может обернуться предательством.
— Пока я рядом, ни один убийца не подкрадётся, — ответила она уверенно.
— Я не об этом… — Люк едва сдержался, чтобы не потереть виски.
Он немного недооценил, что значит “трудно управляемая”, когда Рудеус предупреждал его:
— «Она немного... сложная.»
Тогда Люк лишь усмехнулся: «Я умею находить общий язык со сложными женщинами.»
Он действительно верил в это.
(Нет… я делаю это ради леди Ариэль. Назад дороги нет!)
Он вспоминал, как когда-то поднял меч против своего господина и был прощён. Теперь, ради её будущего, он поклялся превратить эту воительницу в достойного защитника.
— Гислейн, завтра ты проведёшь день со мной. Будешь наблюдать и учиться.
— А как же охрана?
— Я получу разрешение у леди Ариэль. Её временно прикроют другие.
— Понятно.
Если даже Сильфи, с её стеснительностью, смогла выучить этикет и стать примерным телохранителем — значит, и Гислейн сможет.
Обязана.
Люк сжал кулаки и приготовился к трудным дням.
Часть 2
На следующий день. Чудо свершилось. Люк сумел вбить в Гислейн одно-единственное правило: «Молчи и стой смирно, пока не появится угроза. Только тогда — обнажай меч.»
Это она усвоила мгновенно. В сущности, она и раньше делала именно это — просто теперь официально. Однако даже этот результат дался Люку тяжело. Он бессильно опустился на стул и устало пробормотал:
— Сегодня я окончательно понял… Ты безнадёжна во всём, кроме фехтования.
— Неправда, — возразила Гислейн, гордо выпрямившись. — Я и в другом хороша.
— Да? И в чём же? — приподнял бровь Люк.
Гислейн гордо выпятила грудь:
— В чтении, письме, арифметике… и немного в магии. Рудеус меня учил.
После этих слов уважение Люка к Рудеусу взлетело до небес. С того дня он относился к нему с куда большим почтением. Но это — уже совсем другая история.
+3
История 3 - Меланхолия Тристины
Часть 1
Тристина Пёрплхорс пребывала в смятении. После того как она помогла Ариель и примкнула к её фракции, ей позволили вновь вернуться в ряды знати — из разбойницы она снова стала дворянкой. Однако годы, проведённые вдали от светского общества, не прошли даром.
Во время борьбы за трон Ариель ей удавалось изображать благородную даму — как временную маску. Но теперь, когда всё улеглось, Тристина не знала, как именно должна вести себя настоящая дворянка.
— И что же мне теперь делать?.. — пробормотала она, стараясь не бросаться в глаза на очередном приёме, где чувствовала себя лишней, словно тень у стены.
Она хотела бы спросить кого-нибудь о правилах поведения и манерах, но за годы отсутствия у неё не осталось ни друзей, ни знакомых в высшем обществе. Просить помощи у родителей, которые когда-то её продали, — ни за что. К Ариель обращаться тоже не хотелось — слишком уж стыдно.
Можно было нанять наставницу по этикету, но доверять случайным людям в её положении было опасно. Кто знает, вдруг окажется, что учитель связан с враждующей стороной? Нет, допустить подобного Трис не могла.
Она только-только вернула себе титул и получила важное поручение — «Посредник с бандитами Северного леса» от самой Ариель. Терять доверие сейчас было нельзя.
— Хм?.. — взгляд Трис зацепился за фигуру в углу зала.
Женщина с ярко-алыми волосами, аккуратно уложенными, и в синем платье, казалось, не принадлежала этому обществу. И тут Трис вспомнила: да ведь она тоже была долго вдали от дворянского круга! Но с какой уверенностью держится… Манеры её были просты, почти грубоваты, но в них ощущалось естественное достоинство — будто она выросла среди аристократов.
«Она явно не враг… Может, спросить совета у неё?»
Так Тристина сделала роковую ошибку.
Часть 2
На следующий день Тристина пригласила ту женщину к себе. Женщина прибыла в поместье Пёрплхорс, одетая не по-женски: чёрная куртка, кожаные штаны, на поясе — сразу три меча. И, разумеется, без свиты.
Хотя… это было и логично — Тристина специально просила, чтобы та пришла одна. Ей не хотелось, чтобы кто-то узнал, насколько она сама невежественна в манерах знати. Поэтому она буквально умоляла учителя женщины — «одолжите её на день, если можно, без сопровождающих».
Учитель, слегка встревоженный, но зная, что обе принадлежат к фракции Ариель, без лишних вопросов согласился. К слову, любая дворянка даже на подобную просьбу всё равно явилась бы с горничной или охраной — таков этикет. Но Тристина, со своим разбойничьим здравым смыслом, понимала слова буквально: «одна» — значит одна.
— Ну и чего ты хотела? — спросила гостья, скрестив руки на груди, едва переступив порог.
Тон её был настолько вызывающим, что Тристина непроизвольно сжалась. Всё-таки перед ней стояла Королева Меча Эрис Грейрат, одна из сильнейших воинов современности. Если она рассердится, от Тристины и половины не останется. Хоть Эрис и не рубила соратников без причины, прозвище «Берсерк» она носила не зря — рядом с ней всегда витало ощущение непредсказуемости.
— Эрис, я хочу попросить тебя об одолжении.
Если бы Рудеус тогда знал, с какой целью её пригласили, он бы сделал всё, чтобы это предотвратить. Он бы сказал: «Выбери кого-нибудь другого, ради всех богов!»
— Одолжении? — Эрис прищурилась и, распрямив руки, упёрла кулаки в бока.
— Ты ведь, как и я, долгое время жила вне дворянского общества, верно?
— Верно. А что?
— Но при этом держишься уверенно. Я хочу, чтобы ты научила меня… быть такой же.
Эрис на секунду застыла. В её голове бешено заработали шестерёнки — а с умственными расчётами у неё было туго. Она редко когда кого-то учила, но подобный опыт всё же имелся. Так что ответ она вычислила быстро — секунд за три.
— Поняла! Только предупреждаю, я не стану с тобой нянчиться!
— Кто ты думаешь перед тобой? — гордо вскинула подбородок Тристина. — Я Тристина, от одного моего имени дети перестают реветь! Мне не страшно немного жёсткости!
Часть 3
Три часа спустя. После трёхсот взмахов деревянным мечом, десятикилометровой пробежки и урока по основам Стиля Бога-Меча Тристина пришла к простому выводу: (Я ошиблась.)
Это была не школа благородных манер. Эта женщина просто всё перепутала. Но Эрис уже вошла во вкус, а Тристина, к несчастью, не выглядела жалкой. После жизни в лесах у неё сохранилась отличная физическая форма, и она легко выдержала первые часы «урока». Теперь отступить было нельзя. Сказать «извини, я ошиблась» означало признать слабость. А гордость бывшей разбойницы этого не позволяла.
(Чёрт…)
Так Тристина и продолжала махать мечом, пока не село солнце — ровно до тех пор, пока за Эрис не пришёл Рудеус.
Часть 4
Позже, уже едва передвигаясь от усталости, Тристина обратилась к Эллемой — бывшей служанке Ариэль — с просьбой научить её настоящим дворянским манерам. Под её руководством она наконец стала леди, достойной уважения.
Кстати, Эллемой потом долго удивлялась: откуда у Тристины такая блестящая походка и отменное чувство равновесия? Трис лишь улыбалась. Ведь всё это она получила на своём «первом уроке этикета» — у Королевы меча Эрис Грейрат.
Часть 1
Тристина Пёрплхорс пребывала в смятении. После того как она помогла Ариель и примкнула к её фракции, ей позволили вновь вернуться в ряды знати — из разбойницы она снова стала дворянкой. Однако годы, проведённые вдали от светского общества, не прошли даром.
Во время борьбы за трон Ариель ей удавалось изображать благородную даму — как временную маску. Но теперь, когда всё улеглось, Тристина не знала, как именно должна вести себя настоящая дворянка.
— И что же мне теперь делать?.. — пробормотала она, стараясь не бросаться в глаза на очередном приёме, где чувствовала себя лишней, словно тень у стены.
Она хотела бы спросить кого-нибудь о правилах поведения и манерах, но за годы отсутствия у неё не осталось ни друзей, ни знакомых в высшем обществе. Просить помощи у родителей, которые когда-то её продали, — ни за что. К Ариель обращаться тоже не хотелось — слишком уж стыдно.
Можно было нанять наставницу по этикету, но доверять случайным людям в её положении было опасно. Кто знает, вдруг окажется, что учитель связан с враждующей стороной? Нет, допустить подобного Трис не могла.
Она только-только вернула себе титул и получила важное поручение — «Посредник с бандитами Северного леса» от самой Ариель. Терять доверие сейчас было нельзя.
— Хм?.. — взгляд Трис зацепился за фигуру в углу зала.
Женщина с ярко-алыми волосами, аккуратно уложенными, и в синем платье, казалось, не принадлежала этому обществу. И тут Трис вспомнила: да ведь она тоже была долго вдали от дворянского круга! Но с какой уверенностью держится… Манеры её были просты, почти грубоваты, но в них ощущалось естественное достоинство — будто она выросла среди аристократов.
«Она явно не враг… Может, спросить совета у неё?»
Так Тристина сделала роковую ошибку.
Часть 2
На следующий день Тристина пригласила ту женщину к себе. Женщина прибыла в поместье Пёрплхорс, одетая не по-женски: чёрная куртка, кожаные штаны, на поясе — сразу три меча. И, разумеется, без свиты.
Хотя… это было и логично — Тристина специально просила, чтобы та пришла одна. Ей не хотелось, чтобы кто-то узнал, насколько она сама невежественна в манерах знати. Поэтому она буквально умоляла учителя женщины — «одолжите её на день, если можно, без сопровождающих».
Учитель, слегка встревоженный, но зная, что обе принадлежат к фракции Ариель, без лишних вопросов согласился. К слову, любая дворянка даже на подобную просьбу всё равно явилась бы с горничной или охраной — таков этикет. Но Тристина, со своим разбойничьим здравым смыслом, понимала слова буквально: «одна» — значит одна.
— Ну и чего ты хотела? — спросила гостья, скрестив руки на груди, едва переступив порог.
Тон её был настолько вызывающим, что Тристина непроизвольно сжалась. Всё-таки перед ней стояла Королева Меча Эрис Грейрат, одна из сильнейших воинов современности. Если она рассердится, от Тристины и половины не останется. Хоть Эрис и не рубила соратников без причины, прозвище «Берсерк» она носила не зря — рядом с ней всегда витало ощущение непредсказуемости.
— Эрис, я хочу попросить тебя об одолжении.
Если бы Рудеус тогда знал, с какой целью её пригласили, он бы сделал всё, чтобы это предотвратить. Он бы сказал: «Выбери кого-нибудь другого, ради всех богов!»
— Одолжении? — Эрис прищурилась и, распрямив руки, упёрла кулаки в бока.
— Ты ведь, как и я, долгое время жила вне дворянского общества, верно?
— Верно. А что?
— Но при этом держишься уверенно. Я хочу, чтобы ты научила меня… быть такой же.
Эрис на секунду застыла. В её голове бешено заработали шестерёнки — а с умственными расчётами у неё было туго. Она редко когда кого-то учила, но подобный опыт всё же имелся. Так что ответ она вычислила быстро — секунд за три.
— Поняла! Только предупреждаю, я не стану с тобой нянчиться!
— Кто ты думаешь перед тобой? — гордо вскинула подбородок Тристина. — Я Тристина, от одного моего имени дети перестают реветь! Мне не страшно немного жёсткости!
Часть 3
Три часа спустя. После трёхсот взмахов деревянным мечом, десятикилометровой пробежки и урока по основам Стиля Бога-Меча Тристина пришла к простому выводу: (Я ошиблась.)
Это была не школа благородных манер. Эта женщина просто всё перепутала. Но Эрис уже вошла во вкус, а Тристина, к несчастью, не выглядела жалкой. После жизни в лесах у неё сохранилась отличная физическая форма, и она легко выдержала первые часы «урока». Теперь отступить было нельзя. Сказать «извини, я ошиблась» означало признать слабость. А гордость бывшей разбойницы этого не позволяла.
(Чёрт…)
Так Тристина и продолжала махать мечом, пока не село солнце — ровно до тех пор, пока за Эрис не пришёл Рудеус.
Часть 4
Позже, уже едва передвигаясь от усталости, Тристина обратилась к Эллемой — бывшей служанке Ариэль — с просьбой научить её настоящим дворянским манерам. Под её руководством она наконец стала леди, достойной уважения.
Кстати, Эллемой потом долго удивлялась: откуда у Тристины такая блестящая походка и отменное чувство равновесия? Трис лишь улыбалась. Ведь всё это она получила на своём «первом уроке этикета» — у Королевы меча Эрис Грейрат.
+1
История 2 - Ученики Обера
В тот день я был на кладбище вместе с Эрис. Она вдруг сказала:
— Хочу навестить несколько могил.
Когда я спросил, чьи именно, она ответила — Рейды и Обера. Похоже, раз уж она хоть немного училась у них, то считала своим долгом прийти и отдать дань памяти.
То, что подобные слова исходили от Эрис, меня, признаться, удивило. Обычно я бы подумал: «Это точно Эрис? Может, у неё жар?» Но, несмотря на то что когда-то они стояли по разные стороны мечей, их связывали узы ученичества. Так что её желание выглядело вполне естественным.
Раз уж так, я решил пойти с ней. Хотя, если подумать… свидание на кладбище — звучит довольно мрачно. Сначала мы направились к могиле Рейды. Она оказалась роскошной, достойной знатного рода. Никого поблизости не было, но на надгробии лежали свежие цветы и множество подношений. Похоже, кто-то из её учеников или, возможно, Изольте приходили сюда раньше.
Для человека, который когда-то обнажил меч против знати и королевской семьи, почести были более чем щедрые. Видимо, без участия Ариель здесь не обошлось. Отдав молитву у её могилы, мы направились к Оберу. Его место покоя было куда скромнее. Обычное кладбище для простых горожан — маленькие, тесно стоящие надгробия, без излишеств.
Что ж, вполне ожидаемо. Ариель пока не собиралась налаживать связи с Северным стилем. В отличие от Рейды, Обер не представлял для неё никакой политической ценности. К тому же он когда-то пытался убить саму Ариель, служа под началом Дариуса. То, что ему вообще отвели могилу, — уже маленькое чудо.
Я задумался: кто же установил этот памятник? Ведь могилы сами по себе не появляются — кто-то должен был заказать её, иначе прах просто захоронили бы в земле. Разумеется, ни Эрис, ни Ариель этого не делали. Ответ я получил сразу, как только увидел троих стоящих у могилы. Двое мужчин и одна женщина. Стоило бросить на них взгляд — и всё стало ясно. Ученики Обера. Яркая одежда, пёстрые волосы, вызывающая осанка — да они просто кричали об этом.
— Кто вы такие? — спросила Эрис, не узнав их.
Её, наверное, можно похвалить за то, что не судит людей по внешности, но в данном случае как раз стоило бы.
— …? — троица с подозрением уставилась на неё. Однако быстро заметили меч у пояса, короткую куртку и алые волосы. Их глаза расширились.
— Королева меча Эрис!!!
Двое выхватили мечи в один миг, а третий замешкался — видно, новичок. Я похолодел. Вынуть клинок против Эрис — вернейший способ не дожить до вечера. Эрис пощады не знала — ей было всё равно, перед ней мастер или ученик.
— Эри… — хотел я остановить её.
— Я пришла просто помолиться, — спокойно сказала Эрис, даже не касаясь рукояти. — Но, если ищете мести — я приму бой.
Холод в её голосе пробирал до костей. В нём не было враждебности,
но чувствовалось — стоит им сделать хоть шаг вперёд, и меч вспыхнет без колебаний.
— Н-нет, мы… у нас нет таких намерений, — поспешно ответили они.
— Вот как, — коротко бросила Эрис и повернулась к могиле.
Могила была маленькая. Вероятно, в урне хранилась лишь горсть праха. На простом камне было выбито лишь одно: «Здесь покоится Обер Корветт.»
Эрис опустилась на одно колено, сложила ладони и безмолвно помолилась. Я последовал её примеру. Трое учеников тоже склонились.
Не знаю, исповедовал ли Обер веру в Миллис, да и мы сами не были последователями этой церкви. Но в такие моменты форма важнее содержания — перед могилой молятся именно так. Спустя десяток секунд Эрис поднялась. Какие мысли рождались в её сердце — я не знал. Но, кажется, она простилась с ним по-своему.
— Э-э… госпожа Королева меча… — нерешительно начал один из учеников.
— Зови просто Эрис.
— Мастер Эрис… — поправился он. — Скажите… как умер наш учитель?
— Он был невероятно силён, — ответила она без колебаний. — Сражался против троих, защищая другого. Падал с честью, не утратив достоинства до самого конца.
— Вот как… Значит, и в смерти мастер остался верен себе…
На лице юноши появилось странное выражение — смесь скорби и гордости. Я понимал его: любой ученик хотел бы знать, как пал его наставник. Даже я, пожалуй, хотел бы когда-нибудь узнать, как сражалась Рокси…
— И что вы будете делать теперь? — спросил я сам не заметив как.
— Мы всё ещё учимся, — ответил один из них. — Планируем найти нового учителя.
— Уже решили, к кому?
— Да. Мы слышали, что на континенте демонов открыл тренировочный зал мастер Северного стиля. Хотим отправиться туда.
Погоди-погоди… не тот ли это тренировочный зал, где заправляет та самая безбашенная королева демонов? Ну да, Северный стиль, конечно… но я бы не советовал туда идти.
— Ну что ж, удачи, — сказала Эрис прежде, чем я успел вмешаться.
— Да, мэм! — ответили они в унисон и, бодро повернувшись, ушли.
Я смотрел им вслед и невольно подумал, какую величественную, уверенную осанку теперь обрела Эрис — настоящая Королева меча.
В тот день я был на кладбище вместе с Эрис. Она вдруг сказала:
— Хочу навестить несколько могил.
Когда я спросил, чьи именно, она ответила — Рейды и Обера. Похоже, раз уж она хоть немного училась у них, то считала своим долгом прийти и отдать дань памяти.
То, что подобные слова исходили от Эрис, меня, признаться, удивило. Обычно я бы подумал: «Это точно Эрис? Может, у неё жар?» Но, несмотря на то что когда-то они стояли по разные стороны мечей, их связывали узы ученичества. Так что её желание выглядело вполне естественным.
Раз уж так, я решил пойти с ней. Хотя, если подумать… свидание на кладбище — звучит довольно мрачно. Сначала мы направились к могиле Рейды. Она оказалась роскошной, достойной знатного рода. Никого поблизости не было, но на надгробии лежали свежие цветы и множество подношений. Похоже, кто-то из её учеников или, возможно, Изольте приходили сюда раньше.
Для человека, который когда-то обнажил меч против знати и королевской семьи, почести были более чем щедрые. Видимо, без участия Ариель здесь не обошлось. Отдав молитву у её могилы, мы направились к Оберу. Его место покоя было куда скромнее. Обычное кладбище для простых горожан — маленькие, тесно стоящие надгробия, без излишеств.
Что ж, вполне ожидаемо. Ариель пока не собиралась налаживать связи с Северным стилем. В отличие от Рейды, Обер не представлял для неё никакой политической ценности. К тому же он когда-то пытался убить саму Ариель, служа под началом Дариуса. То, что ему вообще отвели могилу, — уже маленькое чудо.
Я задумался: кто же установил этот памятник? Ведь могилы сами по себе не появляются — кто-то должен был заказать её, иначе прах просто захоронили бы в земле. Разумеется, ни Эрис, ни Ариель этого не делали. Ответ я получил сразу, как только увидел троих стоящих у могилы. Двое мужчин и одна женщина. Стоило бросить на них взгляд — и всё стало ясно. Ученики Обера. Яркая одежда, пёстрые волосы, вызывающая осанка — да они просто кричали об этом.
— Кто вы такие? — спросила Эрис, не узнав их.
Её, наверное, можно похвалить за то, что не судит людей по внешности, но в данном случае как раз стоило бы.
— …? — троица с подозрением уставилась на неё. Однако быстро заметили меч у пояса, короткую куртку и алые волосы. Их глаза расширились.
— Королева меча Эрис!!!
Двое выхватили мечи в один миг, а третий замешкался — видно, новичок. Я похолодел. Вынуть клинок против Эрис — вернейший способ не дожить до вечера. Эрис пощады не знала — ей было всё равно, перед ней мастер или ученик.
— Эри… — хотел я остановить её.
— Я пришла просто помолиться, — спокойно сказала Эрис, даже не касаясь рукояти. — Но, если ищете мести — я приму бой.
Холод в её голосе пробирал до костей. В нём не было враждебности,
но чувствовалось — стоит им сделать хоть шаг вперёд, и меч вспыхнет без колебаний.
— Н-нет, мы… у нас нет таких намерений, — поспешно ответили они.
— Вот как, — коротко бросила Эрис и повернулась к могиле.
Могила была маленькая. Вероятно, в урне хранилась лишь горсть праха. На простом камне было выбито лишь одно: «Здесь покоится Обер Корветт.»
Эрис опустилась на одно колено, сложила ладони и безмолвно помолилась. Я последовал её примеру. Трое учеников тоже склонились.
Не знаю, исповедовал ли Обер веру в Миллис, да и мы сами не были последователями этой церкви. Но в такие моменты форма важнее содержания — перед могилой молятся именно так. Спустя десяток секунд Эрис поднялась. Какие мысли рождались в её сердце — я не знал. Но, кажется, она простилась с ним по-своему.
— Э-э… госпожа Королева меча… — нерешительно начал один из учеников.
— Зови просто Эрис.
— Мастер Эрис… — поправился он. — Скажите… как умер наш учитель?
— Он был невероятно силён, — ответила она без колебаний. — Сражался против троих, защищая другого. Падал с честью, не утратив достоинства до самого конца.
— Вот как… Значит, и в смерти мастер остался верен себе…
На лице юноши появилось странное выражение — смесь скорби и гордости. Я понимал его: любой ученик хотел бы знать, как пал его наставник. Даже я, пожалуй, хотел бы когда-нибудь узнать, как сражалась Рокси…
— И что вы будете делать теперь? — спросил я сам не заметив как.
— Мы всё ещё учимся, — ответил один из них. — Планируем найти нового учителя.
— Уже решили, к кому?
— Да. Мы слышали, что на континенте демонов открыл тренировочный зал мастер Северного стиля. Хотим отправиться туда.
Погоди-погоди… не тот ли это тренировочный зал, где заправляет та самая безбашенная королева демонов? Ну да, Северный стиль, конечно… но я бы не советовал туда идти.
— Ну что ж, удачи, — сказала Эрис прежде, чем я успел вмешаться.
— Да, мэм! — ответили они в унисон и, бодро повернувшись, ушли.
Я смотрел им вслед и невольно подумал, какую величественную, уверенную осанку теперь обрела Эрис — настоящая Королева меча.
+3
История 1 - Убежище Рудеуса
Часть 1
После всей той суматохи в королевстве Асура Ариель пожаловала мне особняк. Сказала, что я могу пользоваться им, когда буду вести дела в Асуре.
Но «домиком» это назвать было трудно. Особняк оказался вдвое больше моего прежнего дома — с садом, мраморными полами и мебелью, будто из дворца. А главное — с целым штатом прислуги.
Дворецкий, три горничные, повара… телохранителей, правда, не было, но, когда я впервые вошёл и меня выстроившимся рядом приветствовала дюжина людей, я растерялся. Я даже подумывал всех отпустить, но Эрис и Сильфи восприняли это как нечто само собой разумеющееся. Раз уж даже они не удивились, решил — придётся привыкать. «Так живут знатные люди Асуранского королевства», —сказал я себе. Но всё равно…
«……»
Я оглянулся. Комната размером добрых двадцать татами. Обстановка роскошная — резная мебель, ковры, хрусталь — я чувствовал себя здесь, мягко говоря, чужаком. Позади стояли три горничные и дворецкий, словно часть интерьера. Стоило нам встретиться взглядами, как они вежливо поклонились. Дворецкий шагнул вперёд:
— Господин, прикажете что-нибудь?
— Н-нет, ничего, — выдавил я.
Он молча поклонился и отошёл, но продолжал стоять в полупоклоне, будто ждал, когда я снова отвлекусь. Раньше, в доме семьи Грейратов, я сам был вроде бы «прислугой» — преподавателем, но всё же подчинённым. Теперь же всё наоборот: я — хозяин. Куда бы я ни пошёл, они следовали за мной. Стоило мне потянуться за чем-то — уже рядом рука с предложением помощи. Наверное, так и должно быть.
Но, по правде говоря, мне было не по себе. Да, удобно, конечно, но ощущение, что за тобой постоянно наблюдают, немного давило. И ведь не скажешь им прямо: «Отойдите, мне неловко». Ещё подумают: «Наш господин нас не любит?»
Ах, есть ли хоть кто-то, кто поймёт мои мучения? Эрис бы, конечно, фыркнула: «Так у нас заведено!» Сильфи бы мягко улыбнулась: «Да, когда я служила леди Ариэль, всё было так же» — и похвалила бы их исполнительность. Но всё равно… тяжело, когда за каждым твоим шагом наблюдают.
«……»
В конце концов я не выдержал и вскочил.
— Куда вы, господин? — спросил дворецкий.
— В уборную, — ответил я.
Они, разумеется, остались ждать. Раньше они даже пытались сопровождать меня туда, пока я строго не сказал: «С этим я справлюсь сам». И вот теперь, пользуясь этим оправданием, я тихо выскользнул и пошёл бродить по особняку.
— Может, где-то здесь найдётся место, где можно спокойно вздохнуть?.. — пробормотал я.
Мне нужна была святая территория покоя — место, где никто не потревожит и где можно в тишине воздать хвалу богам. Пробираясь мимо коридоров, стараясь не попасться на глаза служанкам, я наткнулся на неприметную дверь в самом конце коридора, в тени колонны. Открыл — и ахнул.
— О-о…
Маленькая комнатка, всего на четыре с половиной татами. Для этого дома — крошечная. Судя по всему, кладовка или комната для уборочного инвентаря. Пустая, пыльная, будто сюда годами никто не заходил.
Если никто не знает о ней, и никто не пользуется… значит, можно занять, верно? Я усмехнулся. В конце концов, я ведь хозяин этого дома. Решено. Это будет моё убежище.
Часть 2
Спустя несколько часов Сильфи искала Рудеуса. Дворецкие почти в панике прибежали к ней: «Господин Рудеус вышел в уборную и не вернулся! Может, на него напали?! Если с ним что-то случилось, как мы посмотрим в глаза леди Ариэль!»
Сильфи, выслушав это, сразу поняла, что дело, скорее всего, не в покушении. Следов борьбы нет, да и знала она своего мужа — с недавних пор его, мягко говоря, утомляло чрезмерное внимание слуг. Наверное, просто нашёл уголок, где можно спокойно подремать. С этой мыслью она обошла весь особняк и наконец заметила в дальнем коридоре неприметную дверь.
— Странно… здесь ведь не должно быть комнаты? — прошептала она и тихо приоткрыла дверь.
Внутри Сильфи на мгновение застыла. Не потому, что увидела что-то шокирующее. А потому, что комната… казалась знакомой. Небольшая кровать. Маленькая книжная полка. Стол с аккуратно разложенными бумагами. И маленький алтарь у стены. Эта комната напоминала ей место, где когда-то сердце начинало биться быстрее. Комнату в общежитии Магического университета, где она впервые побывала у Руди. Даже планировка — точь-в-точь, только добавился алтарь.
— Руди… — позвала она тихо.
Тот сидел на кровати, расслабленно читая книгу.
— Ч-что? — он поднял глаза, словно пытаясь оправдаться: «Я ничего плохого не делаю! Это же мой дом!»
Сильфи вздохнула с лёгкой улыбкой:
— Знаешь… ты всё больше напоминаешь Рокси.
Рудеус моргнул, озадаченно посмотрел на неё, потом, кажется, что-то понял и пробормотал:
— Интересно… а Рокси чувствовала то же самое, когда впервые пришла к нам домой?..
Сильфи не совсем поняла, что он имел в виду. Но глядя, как Руди с таким нежным выражением вспоминает Рокси, она вдруг ощутила лёгкое, почти детское чувство ревности.
Часть 1
После всей той суматохи в королевстве Асура Ариель пожаловала мне особняк. Сказала, что я могу пользоваться им, когда буду вести дела в Асуре.
Но «домиком» это назвать было трудно. Особняк оказался вдвое больше моего прежнего дома — с садом, мраморными полами и мебелью, будто из дворца. А главное — с целым штатом прислуги.
Дворецкий, три горничные, повара… телохранителей, правда, не было, но, когда я впервые вошёл и меня выстроившимся рядом приветствовала дюжина людей, я растерялся. Я даже подумывал всех отпустить, но Эрис и Сильфи восприняли это как нечто само собой разумеющееся. Раз уж даже они не удивились, решил — придётся привыкать. «Так живут знатные люди Асуранского королевства», —сказал я себе. Но всё равно…
«……»
Я оглянулся. Комната размером добрых двадцать татами. Обстановка роскошная — резная мебель, ковры, хрусталь — я чувствовал себя здесь, мягко говоря, чужаком. Позади стояли три горничные и дворецкий, словно часть интерьера. Стоило нам встретиться взглядами, как они вежливо поклонились. Дворецкий шагнул вперёд:
— Господин, прикажете что-нибудь?
— Н-нет, ничего, — выдавил я.
Он молча поклонился и отошёл, но продолжал стоять в полупоклоне, будто ждал, когда я снова отвлекусь. Раньше, в доме семьи Грейратов, я сам был вроде бы «прислугой» — преподавателем, но всё же подчинённым. Теперь же всё наоборот: я — хозяин. Куда бы я ни пошёл, они следовали за мной. Стоило мне потянуться за чем-то — уже рядом рука с предложением помощи. Наверное, так и должно быть.
Но, по правде говоря, мне было не по себе. Да, удобно, конечно, но ощущение, что за тобой постоянно наблюдают, немного давило. И ведь не скажешь им прямо: «Отойдите, мне неловко». Ещё подумают: «Наш господин нас не любит?»
Ах, есть ли хоть кто-то, кто поймёт мои мучения? Эрис бы, конечно, фыркнула: «Так у нас заведено!» Сильфи бы мягко улыбнулась: «Да, когда я служила леди Ариэль, всё было так же» — и похвалила бы их исполнительность. Но всё равно… тяжело, когда за каждым твоим шагом наблюдают.
«……»
В конце концов я не выдержал и вскочил.
— Куда вы, господин? — спросил дворецкий.
— В уборную, — ответил я.
Они, разумеется, остались ждать. Раньше они даже пытались сопровождать меня туда, пока я строго не сказал: «С этим я справлюсь сам». И вот теперь, пользуясь этим оправданием, я тихо выскользнул и пошёл бродить по особняку.
— Может, где-то здесь найдётся место, где можно спокойно вздохнуть?.. — пробормотал я.
Мне нужна была святая территория покоя — место, где никто не потревожит и где можно в тишине воздать хвалу богам. Пробираясь мимо коридоров, стараясь не попасться на глаза служанкам, я наткнулся на неприметную дверь в самом конце коридора, в тени колонны. Открыл — и ахнул.
— О-о…
Маленькая комнатка, всего на четыре с половиной татами. Для этого дома — крошечная. Судя по всему, кладовка или комната для уборочного инвентаря. Пустая, пыльная, будто сюда годами никто не заходил.
Если никто не знает о ней, и никто не пользуется… значит, можно занять, верно? Я усмехнулся. В конце концов, я ведь хозяин этого дома. Решено. Это будет моё убежище.
Часть 2
Спустя несколько часов Сильфи искала Рудеуса. Дворецкие почти в панике прибежали к ней: «Господин Рудеус вышел в уборную и не вернулся! Может, на него напали?! Если с ним что-то случилось, как мы посмотрим в глаза леди Ариэль!»
Сильфи, выслушав это, сразу поняла, что дело, скорее всего, не в покушении. Следов борьбы нет, да и знала она своего мужа — с недавних пор его, мягко говоря, утомляло чрезмерное внимание слуг. Наверное, просто нашёл уголок, где можно спокойно подремать. С этой мыслью она обошла весь особняк и наконец заметила в дальнем коридоре неприметную дверь.
— Странно… здесь ведь не должно быть комнаты? — прошептала она и тихо приоткрыла дверь.
Внутри Сильфи на мгновение застыла. Не потому, что увидела что-то шокирующее. А потому, что комната… казалась знакомой. Небольшая кровать. Маленькая книжная полка. Стол с аккуратно разложенными бумагами. И маленький алтарь у стены. Эта комната напоминала ей место, где когда-то сердце начинало биться быстрее. Комнату в общежитии Магического университета, где она впервые побывала у Руди. Даже планировка — точь-в-точь, только добавился алтарь.
— Руди… — позвала она тихо.
Тот сидел на кровати, расслабленно читая книгу.
— Ч-что? — он поднял глаза, словно пытаясь оправдаться: «Я ничего плохого не делаю! Это же мой дом!»
Сильфи вздохнула с лёгкой улыбкой:
— Знаешь… ты всё больше напоминаешь Рокси.
Рудеус моргнул, озадаченно посмотрел на неё, потом, кажется, что-то понял и пробормотал:
— Интересно… а Рокси чувствовала то же самое, когда впервые пришла к нам домой?..
Сильфи не совсем поняла, что он имел в виду. Но глядя, как Руди с таким нежным выражением вспоминает Рокси, она вдруг ощутила лёгкое, почти детское чувство ревности.
+2
Побочные истории относящиеся к 17 тому. Переводчик Bloodbear1.
P. S. Пожалуйста, поблагодарите человека с выше указанным ником за проделанную им работу над этими главами.
P. P. S. Для редактора. Добавьте послесловия автора к томам с 1 по 8 и 12.
P. S. Пожалуйста, поблагодарите человека с выше указанным ником за проделанную им работу над этими главами.
P. P. S. Для редактора. Добавьте послесловия автора к томам с 1 по 8 и 12.
+3
История 4 - Шалость Ариель
Часть 1
Прошло несколько дней с тех пор, как они заручились поддержкой Перугиуса. Теперь принцесса Ариель и её спутники готовились к путешествию в королевство Асура.
Сами приготовления не были особенно трудными, но дел было множество — визиты, прощальные аудиенции, слова благодарности и дипломатические «смягчения углов». Каждый день Ариель проводила в бесконечных встречах и разговорах. Со стороны её расписание казалось просто безумным. Но сама она не чувствовала усталости.
Ведь она наконец-то дошла до того, к чему так долго стремилась. Все подготовлено, впереди возвращение на родину — и борьба за неё. В груди у Ариель было ощущение выполненного долга и осознание: «Вот теперь всё по-настоящему начинается».
И вот однажды она заметила нечто необычное. У окна, в мягком свете, кто-то сидел в кресле, подперев щёку рукой и глядя наружу. Вернее — будто бы глядя. Глаза были закрыты, дыхание — ровное и тихое.
— Люк…?
Редкое зрелище. Чтобы он, её рыцарь, вот так задремал среди дня. Но, если подумать, в этом не было ничего странного. Последние дни Люк не меньше её носился туда-сюда — охрана, переговоры, организация выезда, забота обо всём. Работы хватало с избытком, и усталость, конечно, накапливалась.
— Фуфу… спасибо тебе, — прошептала Ариель, тихо улыбнувшись.
Она подошла ближе и осторожно накинула на его плечи лежавшее рядом покрывало.
Мой рыцарь всегда рядом, всегда готов защищать… пусть хоть немного отдохнёт, — подумала она.
Но, глядя на расслабленное лицо Люка, внезапно вспомнила одно давнее происшествие.
…
Это было в самом начале, когда Люк только-только стал её телохранителем. Тогда он был всё время напряжён, до невозможности серьёзен, словно каждый миг ждал покушения. И однажды уснул вот так же — сидя в кресле, прямо на посту.
А что сделала тогда Ариель? Взяла со стола кисть и — ради забавы — разрисовала его лицо. Когда Люк проснулся, ничего не подозревая, и прошёлся по дворцу, на него смотрели все служанки — и смеялись до слёз. Сейчас, оглядываясь назад, Ариель понимала: возможно, именно тогда между ними и зародилось то лёгкое, человеческое взаимопонимание, которое позже стало доверием.
— О? — вдруг произнесла она, заметив нечто знакомое.
На столе лежала кисть — та самая, которой она недавно писала письма тем, с кем не могла попрощаться лично.
…
И в этот день принцесса Ариель, олицетворение достоинства и сдержанности, впервые за долгое время позволила себе немного озорства. Она медленно подняла кисть и поднесла её к лицу Люка. Несколько минут спустя, если бы кто-то вошёл в комнату, перед ним предстала бы… печальная картина. Знаменитое по всей округе красивое лицо рыцаря было теперь неузнаваемо: украшено замысловатыми узорами и пятнами, словно ритуальной боевой раскраской.
— Если бы я не родилась принцессой, могла бы стать художницей, — удовлетворённо заметила Ариель, любуясь своим творением.
Затем она села за стол. На нём лежало письмо, видимо, написанное Люком и ожидавшее её подписи. Раз уж кисть всё равно в руках... — подумала она и аккуратно поставила подпись. Пока она заканчивала, Люк, наверное, как раз проснётся. Интересно будет посмотреть на его лицо, когда он увидит себя в зеркале… Тёплый солнечный свет мягко заливал комнату. Ариель, прикрыв глаза, зевнула. Да, она тоже устала — хотя и не считала себя «измождённой». Тело не лгало. Через несколько минут голова её опустилась — и принцесса задремала.
Часть 2
— Ха! — Ариель вздрогнула и проснулась.
Перед ней стоял Люк. Он смотрел на неё со спокойным выражением лица — на лице, украшенном целой коллекцией художественных узоров.
— Доброе утро, леди Ариель, — вежливо произнёс он и почтительно склонил голову.
Похоже, он даже не подозревал, как сейчас выглядит. Подавляя смех, Ариель ответила с непоколебимым достоинством:
— Доброе утро, Люк. Похоже, я ненадолго задремала. Что у нас дальше по расписанию?
— На сегодня всё завершено, миледи. Однако… на вашем лице, кажется, остались следы от сна. Думаю, стоит умыться.
— Поняла. И тебе не мешало бы — выглядишь слегка… неопрятно.
— Конечно, миледи. Я после вас.
Сдерживая улыбку, Ариель поднялась. В их покоях было большое зеркало — и там-то он наверняка всё увидит. С этими мыслями она направилась в умывальню… И, взглянув в зеркало, замерла.
Оттуда на неё смотрела женщина с лицом, испещрённым замысловатыми, почти симметричными узорами. Лицо, которое когда-то называли «ликом святой», теперь было не узнать.
— Л-Люк!..
Между Ариель и Люком давно установилось доверие. Но она и представить не могла, что их связь настолько крепка, что даже в отношениях госпожи и слуги он осмелится отомстить тем же самым способом. И в тот день их взаимное доверие стало ещё немного глубже.
Часть 1
Прошло несколько дней с тех пор, как они заручились поддержкой Перугиуса. Теперь принцесса Ариель и её спутники готовились к путешествию в королевство Асура.
Сами приготовления не были особенно трудными, но дел было множество — визиты, прощальные аудиенции, слова благодарности и дипломатические «смягчения углов». Каждый день Ариель проводила в бесконечных встречах и разговорах. Со стороны её расписание казалось просто безумным. Но сама она не чувствовала усталости.
Ведь она наконец-то дошла до того, к чему так долго стремилась. Все подготовлено, впереди возвращение на родину — и борьба за неё. В груди у Ариель было ощущение выполненного долга и осознание: «Вот теперь всё по-настоящему начинается».
И вот однажды она заметила нечто необычное. У окна, в мягком свете, кто-то сидел в кресле, подперев щёку рукой и глядя наружу. Вернее — будто бы глядя. Глаза были закрыты, дыхание — ровное и тихое.
— Люк…?
Редкое зрелище. Чтобы он, её рыцарь, вот так задремал среди дня. Но, если подумать, в этом не было ничего странного. Последние дни Люк не меньше её носился туда-сюда — охрана, переговоры, организация выезда, забота обо всём. Работы хватало с избытком, и усталость, конечно, накапливалась.
— Фуфу… спасибо тебе, — прошептала Ариель, тихо улыбнувшись.
Она подошла ближе и осторожно накинула на его плечи лежавшее рядом покрывало.
Мой рыцарь всегда рядом, всегда готов защищать… пусть хоть немного отдохнёт, — подумала она.
Но, глядя на расслабленное лицо Люка, внезапно вспомнила одно давнее происшествие.
…
Это было в самом начале, когда Люк только-только стал её телохранителем. Тогда он был всё время напряжён, до невозможности серьёзен, словно каждый миг ждал покушения. И однажды уснул вот так же — сидя в кресле, прямо на посту.
А что сделала тогда Ариель? Взяла со стола кисть и — ради забавы — разрисовала его лицо. Когда Люк проснулся, ничего не подозревая, и прошёлся по дворцу, на него смотрели все служанки — и смеялись до слёз. Сейчас, оглядываясь назад, Ариель понимала: возможно, именно тогда между ними и зародилось то лёгкое, человеческое взаимопонимание, которое позже стало доверием.
— О? — вдруг произнесла она, заметив нечто знакомое.
На столе лежала кисть — та самая, которой она недавно писала письма тем, с кем не могла попрощаться лично.
…
И в этот день принцесса Ариель, олицетворение достоинства и сдержанности, впервые за долгое время позволила себе немного озорства. Она медленно подняла кисть и поднесла её к лицу Люка. Несколько минут спустя, если бы кто-то вошёл в комнату, перед ним предстала бы… печальная картина. Знаменитое по всей округе красивое лицо рыцаря было теперь неузнаваемо: украшено замысловатыми узорами и пятнами, словно ритуальной боевой раскраской.
— Если бы я не родилась принцессой, могла бы стать художницей, — удовлетворённо заметила Ариель, любуясь своим творением.
Затем она села за стол. На нём лежало письмо, видимо, написанное Люком и ожидавшее её подписи. Раз уж кисть всё равно в руках... — подумала она и аккуратно поставила подпись. Пока она заканчивала, Люк, наверное, как раз проснётся. Интересно будет посмотреть на его лицо, когда он увидит себя в зеркале… Тёплый солнечный свет мягко заливал комнату. Ариель, прикрыв глаза, зевнула. Да, она тоже устала — хотя и не считала себя «измождённой». Тело не лгало. Через несколько минут голова её опустилась — и принцесса задремала.
Часть 2
— Ха! — Ариель вздрогнула и проснулась.
Перед ней стоял Люк. Он смотрел на неё со спокойным выражением лица — на лице, украшенном целой коллекцией художественных узоров.
— Доброе утро, леди Ариель, — вежливо произнёс он и почтительно склонил голову.
Похоже, он даже не подозревал, как сейчас выглядит. Подавляя смех, Ариель ответила с непоколебимым достоинством:
— Доброе утро, Люк. Похоже, я ненадолго задремала. Что у нас дальше по расписанию?
— На сегодня всё завершено, миледи. Однако… на вашем лице, кажется, остались следы от сна. Думаю, стоит умыться.
— Поняла. И тебе не мешало бы — выглядишь слегка… неопрятно.
— Конечно, миледи. Я после вас.
Сдерживая улыбку, Ариель поднялась. В их покоях было большое зеркало — и там-то он наверняка всё увидит. С этими мыслями она направилась в умывальню… И, взглянув в зеркало, замерла.
Оттуда на неё смотрела женщина с лицом, испещрённым замысловатыми, почти симметричными узорами. Лицо, которое когда-то называли «ликом святой», теперь было не узнать.
— Л-Люк!..
Между Ариель и Люком давно установилось доверие. Но она и представить не могла, что их связь настолько крепка, что даже в отношениях госпожи и слуги он осмелится отомстить тем же самым способом. И в тот день их взаимное доверие стало ещё немного глубже.
+2
История 3 - Чтение Сильфи
Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы вошли в библиотечный лабиринт. В тот день я, как обычно, бродил по коридорам, ища материалы, связанные с Гаунисом. Но, как и прежде, ничего не нашёл. Уставший и вымотанный, я вернулся в лагерь — и тогда увидел её.
Сильфи. Она сидела и читала книгу. Впрочем, ничего удивительного — ведь наше нынешнее задание заключалось именно в этом: искать сведения о Гаунисе, читать, анализировать. Сильфи всегда относилась к работе добросовестно, так что её за чтением я видел нередко.
Но в этот раз что-то было иначе. Уголки её губ были чуть приподняты. Не совсем улыбка, но выражение лица — явно довольное, даже счастливое. Неужели она нашла что-то забавное? Заинтригованный, я тихо подошёл ближе и заглянул ей через плечо.
«......»
На странице был рисунок. Изображённое существо походило на собаку — монстр под названием Штурмовой пёс.
Обычный представитель псовых монстров, живущих в королевстве Асура. На равнинах встречаются поодиночке, в лесах — стаями, а иногда сопровождают кабанов-терминаторов. Слабые места — шея и сердце, как у большинства тварей. Я знал это наизусть. Да и книга выглядела знакомо… Каждое слово словно отзывалось в памяти.
— …А, это ведь «Экология и слабые стороны монстров Фиттоа», верно? — произнёс я вслух.
— А-а! — Сильфи вздрогнула, подпрыгнув буквально на сантиметр.
— Руди… с каких это пор ты тут стоишь?
— Я всегда рядом с тобой. И всегда буду.
— Эм… я рада, конечно, но я не это имела в виду…
Я сострил, а она лишь покосилась на меня с лёгким упрёком.
— Эта книга… — сказал я, усмехнувшись. — Прямо ностальгия нахлынула.
— Да, — кивнула она. — Нашла её тут и не удержалась. Вспомнила прошлое, вот и начала читать.
Она опустила взгляд на страницы и тихо добавила:
— Руди, ведь именно по этой книге ты учил меня читать, да?
— Точно.
Когда мы жили в деревне Буэна, я учил Сильфи магии и грамоте. Тогда в доме Пола было всего пять книг — и эта входила в их число.
— Помню, я тогда боялась этих монстров, — тихо сказала она. — Придёшь домой, откроешь книгу… а ночью потом лежишь в кровати и дрожишь.
— Ты тогда вообще всего боялась, Сильфи. Такая трусиха была… — я улыбнулся. — Зато милая до невозможности.
— Хм. А сейчас уже не милая, да?
Вот так я и проговорился.
Хотя, если подумать, слово «милая» теперь имело совсем другое значение, чем тогда, в детстве.
— Сейчас ты… не милая. «Ты очаровательная», —сказал я, чуть мягче обычного.
— Эй, так нечестно говорить такие вещи, — прошептала она, отворачиваясь.
Не знаю, что именно тут было «нечестно», но я сел рядом и посмотрел в книгу. Экология и слабые стороны монстров Фиттои. Да, столько воспоминаний… В своё время я сам учился читать по ней. Сначала ничего не понимал, но книга помогала: одни и те же слова повторялись снова и снова, а рядом были картинки. Если видишь рисунок волка и рядом одинаковый набор букв — значит, это «волк». Иногда я даже спрашивал у Зенит, как читается то или иное слово.
— Я начала читать, просто вспомнив те времена, — тихо сказала Сильфи.
— Понимаю. Тем более, таких книг уже не осталось.
Возможно, где-то ещё и сохранились экземпляры, но те, что были у Пола, исчезли. Я тоже думал, что больше никогда не увижу эту книгу. Понимаю, как приятно вдруг снова наткнуться на неё и окунуться в прошлое.
— Может, мне тоже поискать что-нибудь такое, — сказал я.
— Если найдёшь — дай и мне почитать, — улыбнулась она.
— Конечно… но сначала давай закончим работу.
— Верно.
Я поднял взгляд — и увидел, как Люк возвращается с целой стопкой книг в руках. Бедняга, сколько же ему ещё перебирать… Надо будет помочь.
— Когда всё закончим, давай вернёмся сюда, — предложила Сильфи, вставая.
— Хорошая идея.
Я тоже поднялся. Библиотечное свидание с Сильфи… Когда-то мы уже устраивали такие, когда я звал её «мистер Фитц». Но, даже теперь, спустя годы, рядом с ней сердце всё равно билось быстрее.
Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы вошли в библиотечный лабиринт. В тот день я, как обычно, бродил по коридорам, ища материалы, связанные с Гаунисом. Но, как и прежде, ничего не нашёл. Уставший и вымотанный, я вернулся в лагерь — и тогда увидел её.
Сильфи. Она сидела и читала книгу. Впрочем, ничего удивительного — ведь наше нынешнее задание заключалось именно в этом: искать сведения о Гаунисе, читать, анализировать. Сильфи всегда относилась к работе добросовестно, так что её за чтением я видел нередко.
Но в этот раз что-то было иначе. Уголки её губ были чуть приподняты. Не совсем улыбка, но выражение лица — явно довольное, даже счастливое. Неужели она нашла что-то забавное? Заинтригованный, я тихо подошёл ближе и заглянул ей через плечо.
«......»
На странице был рисунок. Изображённое существо походило на собаку — монстр под названием Штурмовой пёс.
Обычный представитель псовых монстров, живущих в королевстве Асура. На равнинах встречаются поодиночке, в лесах — стаями, а иногда сопровождают кабанов-терминаторов. Слабые места — шея и сердце, как у большинства тварей. Я знал это наизусть. Да и книга выглядела знакомо… Каждое слово словно отзывалось в памяти.
— …А, это ведь «Экология и слабые стороны монстров Фиттоа», верно? — произнёс я вслух.
— А-а! — Сильфи вздрогнула, подпрыгнув буквально на сантиметр.
— Руди… с каких это пор ты тут стоишь?
— Я всегда рядом с тобой. И всегда буду.
— Эм… я рада, конечно, но я не это имела в виду…
Я сострил, а она лишь покосилась на меня с лёгким упрёком.
— Эта книга… — сказал я, усмехнувшись. — Прямо ностальгия нахлынула.
— Да, — кивнула она. — Нашла её тут и не удержалась. Вспомнила прошлое, вот и начала читать.
Она опустила взгляд на страницы и тихо добавила:
— Руди, ведь именно по этой книге ты учил меня читать, да?
— Точно.
Когда мы жили в деревне Буэна, я учил Сильфи магии и грамоте. Тогда в доме Пола было всего пять книг — и эта входила в их число.
— Помню, я тогда боялась этих монстров, — тихо сказала она. — Придёшь домой, откроешь книгу… а ночью потом лежишь в кровати и дрожишь.
— Ты тогда вообще всего боялась, Сильфи. Такая трусиха была… — я улыбнулся. — Зато милая до невозможности.
— Хм. А сейчас уже не милая, да?
Вот так я и проговорился.
Хотя, если подумать, слово «милая» теперь имело совсем другое значение, чем тогда, в детстве.
— Сейчас ты… не милая. «Ты очаровательная», —сказал я, чуть мягче обычного.
— Эй, так нечестно говорить такие вещи, — прошептала она, отворачиваясь.
Не знаю, что именно тут было «нечестно», но я сел рядом и посмотрел в книгу. Экология и слабые стороны монстров Фиттои. Да, столько воспоминаний… В своё время я сам учился читать по ней. Сначала ничего не понимал, но книга помогала: одни и те же слова повторялись снова и снова, а рядом были картинки. Если видишь рисунок волка и рядом одинаковый набор букв — значит, это «волк». Иногда я даже спрашивал у Зенит, как читается то или иное слово.
— Я начала читать, просто вспомнив те времена, — тихо сказала Сильфи.
— Понимаю. Тем более, таких книг уже не осталось.
Возможно, где-то ещё и сохранились экземпляры, но те, что были у Пола, исчезли. Я тоже думал, что больше никогда не увижу эту книгу. Понимаю, как приятно вдруг снова наткнуться на неё и окунуться в прошлое.
— Может, мне тоже поискать что-нибудь такое, — сказал я.
— Если найдёшь — дай и мне почитать, — улыбнулась она.
— Конечно… но сначала давай закончим работу.
— Верно.
Я поднял взгляд — и увидел, как Люк возвращается с целой стопкой книг в руках. Бедняга, сколько же ему ещё перебирать… Надо будет помочь.
— Когда всё закончим, давай вернёмся сюда, — предложила Сильфи, вставая.
— Хорошая идея.
Я тоже поднялся. Библиотечное свидание с Сильфи… Когда-то мы уже устраивали такие, когда я звал её «мистер Фитц». Но, даже теперь, спустя годы, рядом с ней сердце всё равно билось быстрее.
+1
История 2 - Чтение Эрис
Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы вошли в библиотечный лабиринт. В тот день я, как обычно, бродил по коридорам, разыскивая материалы, связанные с Гаунисом. Но, как и прежде, ничего не нашёл. Уставший и слегка раздражённый, я вернулся в лагерь — и увидел нечто совершенно невероятное.
Эрис. Та самая Эрис… сидела и читала книгу. Серьёзно читала. Редкое зрелище, надо сказать. С тех пор, как мы оказались в этом лабиринте, я пару раз видел, как она с досадой листает книги, не понимая написанного, потом надувает губы и возвращает том обратно на полку.
Но сейчас — нет. Она не морщила лоб, не скучала — просто читала, с сосредоточенным, даже серьёзным выражением лица. Если бы не одно «но», я мог бы подумать, что она просто задумчиво смотрит на страницы. Однако её глаза спокойно двигались по строчкам, а когда она переворачивала страницу, на губах появлялась лёгкая улыбка.
Она действительно читала — и, похоже, наслаждалась этим. Не к добру… Неужели звезда с неба упадёт? Подумав такую кощунственную вещь, я не удержался от любопытства.
Что же там написано? Ведь это Эрис читает книгу с таким рвением! Значит, там либо что-то невероятно увлекательное, либо крайне важное. А может, я смогу понять, что её вообще интересует. Вдруг пригодится, если придётся подбирать ей подарок. Так что я решил заглянуть из-за её спины. Не хотелось мешать — всё-таки редкий случай, когда она действительно увлечена чтением.
«......»
Сначала я подумал, что это книга с картинками. На странице почти всё место занимала огромная кошка. Но вскоре понял, что ошибся. Сверху крупно было написано: «Белая двухвостая кошка», от заголовка тянулись стрелочки к рисунку, а по бокам шёл плотный мелкий текст — очевидно, описание животного. На соседней странице — другая кошка, с похожими аннотациями. Эрис перевернула страницу — и там снова две новые кошки. Я заметил, как её черты лица смягчились.
Она внимательно следила взглядом за изображениями, но текст, похоже, почти не читала. Быстро перелистнула — и дальше. Оказалось, книга была не только про кошек, но и про собак. Видимо, что-то вроде энциклопедии домашних и диких животных. Неудивительно, что Эрис так погрузилась в чтение.
Она листала страницы с таким вниманием, какого я не видел даже во время наших поединков. Но вот дошла до одной страницы — и замерла.
«!»
Эрис подалась вперёд, почти уткнувшись носом в разворот. На странице была изображена кошка — но особенная. Настолько важная, что ей отвели целых две страницы. Грациозная, сильная, красивая. Хотя иллюстрация была чёрно-белой, казалось, шерсть у неё чёрно-фиолетовая. Два хвоста — длинные, острые на концах, словно лезвия.
В описании говорилось, что это существо использует хвосты, клыки, когти и мощный рык, чтобы побеждать хищников. Чуть меньше Лео по размеру. Местные жители называли таких кошек «Охотничьими котами бога» и держали их как священных помощников на охоте. Они сопровождали хозяев, помогая им выслеживать чудовищ в глубинах джунглей. Обитали эти создания в сердце континента Бегарит. На соседней странице был нарисован котёнок, и Эрис тихо выдохнула:
— Ох…
Необычно мягко, почти с нежностью. И даже попыталась прочитать подпись под рисунком:
— «Его два хвоста дви… двигаются, как кнуты, и могут разре… резать вра… врагов?»
— Разрубить их на куски, — подсказал я.
«!»
Эрис резко подняла голову. Наши взгляды встретились. Лицо её моментально напряглось.
— Ч-что, Рудеус! Ты здесь?!
— Ага, был.
Похоже, она вообще не замечала, что я стою рядом.
— П-понятно!
— Не обращай внимания, продолжай читать.
Эрис слегка покраснела, вернулась к книге — но теперь всё время поглядывала на меня. Явно не могла сосредоточиться. И вдруг, словно что-то придумав, сказала:
— Вот, Рудеус!
— Что такое?
— Давай заведём кошку!
— Нет.
— Почему нет?!
— У нас уже есть священный зверь, броненосец и трент. Мы физически не справимся с ещё одним питомцем.
Эрис нахмурилась и пробормотала: — Ну, ещё один — не велика беда…
Похоже, расстроилась. Но я-то знал, чем это закончится: она наверняка предложит отправиться на континент Бегарит, чтобы поймать ту самую «охотничью кошку». Нет уж, спасибо. Пока я размышлял, Эрис снова углубилась в чтение.
Впрочем, люди ведь лучше всего учатся в том, что им по-настоящему интересно.
— Эй, Рудеус, как читается вот это слово?
— «Точить когти».
Так я и просидел рядом, помогая с переводом и наблюдая, как Эрис читает — серьёзно, с увлечением и… с лёгкой улыбкой.
Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы вошли в библиотечный лабиринт. В тот день я, как обычно, бродил по коридорам, разыскивая материалы, связанные с Гаунисом. Но, как и прежде, ничего не нашёл. Уставший и слегка раздражённый, я вернулся в лагерь — и увидел нечто совершенно невероятное.
Эрис. Та самая Эрис… сидела и читала книгу. Серьёзно читала. Редкое зрелище, надо сказать. С тех пор, как мы оказались в этом лабиринте, я пару раз видел, как она с досадой листает книги, не понимая написанного, потом надувает губы и возвращает том обратно на полку.
Но сейчас — нет. Она не морщила лоб, не скучала — просто читала, с сосредоточенным, даже серьёзным выражением лица. Если бы не одно «но», я мог бы подумать, что она просто задумчиво смотрит на страницы. Однако её глаза спокойно двигались по строчкам, а когда она переворачивала страницу, на губах появлялась лёгкая улыбка.
Она действительно читала — и, похоже, наслаждалась этим. Не к добру… Неужели звезда с неба упадёт? Подумав такую кощунственную вещь, я не удержался от любопытства.
Что же там написано? Ведь это Эрис читает книгу с таким рвением! Значит, там либо что-то невероятно увлекательное, либо крайне важное. А может, я смогу понять, что её вообще интересует. Вдруг пригодится, если придётся подбирать ей подарок. Так что я решил заглянуть из-за её спины. Не хотелось мешать — всё-таки редкий случай, когда она действительно увлечена чтением.
«......»
Сначала я подумал, что это книга с картинками. На странице почти всё место занимала огромная кошка. Но вскоре понял, что ошибся. Сверху крупно было написано: «Белая двухвостая кошка», от заголовка тянулись стрелочки к рисунку, а по бокам шёл плотный мелкий текст — очевидно, описание животного. На соседней странице — другая кошка, с похожими аннотациями. Эрис перевернула страницу — и там снова две новые кошки. Я заметил, как её черты лица смягчились.
Она внимательно следила взглядом за изображениями, но текст, похоже, почти не читала. Быстро перелистнула — и дальше. Оказалось, книга была не только про кошек, но и про собак. Видимо, что-то вроде энциклопедии домашних и диких животных. Неудивительно, что Эрис так погрузилась в чтение.
Она листала страницы с таким вниманием, какого я не видел даже во время наших поединков. Но вот дошла до одной страницы — и замерла.
«!»
Эрис подалась вперёд, почти уткнувшись носом в разворот. На странице была изображена кошка — но особенная. Настолько важная, что ей отвели целых две страницы. Грациозная, сильная, красивая. Хотя иллюстрация была чёрно-белой, казалось, шерсть у неё чёрно-фиолетовая. Два хвоста — длинные, острые на концах, словно лезвия.
В описании говорилось, что это существо использует хвосты, клыки, когти и мощный рык, чтобы побеждать хищников. Чуть меньше Лео по размеру. Местные жители называли таких кошек «Охотничьими котами бога» и держали их как священных помощников на охоте. Они сопровождали хозяев, помогая им выслеживать чудовищ в глубинах джунглей. Обитали эти создания в сердце континента Бегарит. На соседней странице был нарисован котёнок, и Эрис тихо выдохнула:
— Ох…
Необычно мягко, почти с нежностью. И даже попыталась прочитать подпись под рисунком:
— «Его два хвоста дви… двигаются, как кнуты, и могут разре… резать вра… врагов?»
— Разрубить их на куски, — подсказал я.
«!»
Эрис резко подняла голову. Наши взгляды встретились. Лицо её моментально напряглось.
— Ч-что, Рудеус! Ты здесь?!
— Ага, был.
Похоже, она вообще не замечала, что я стою рядом.
— П-понятно!
— Не обращай внимания, продолжай читать.
Эрис слегка покраснела, вернулась к книге — но теперь всё время поглядывала на меня. Явно не могла сосредоточиться. И вдруг, словно что-то придумав, сказала:
— Вот, Рудеус!
— Что такое?
— Давай заведём кошку!
— Нет.
— Почему нет?!
— У нас уже есть священный зверь, броненосец и трент. Мы физически не справимся с ещё одним питомцем.
Эрис нахмурилась и пробормотала: — Ну, ещё один — не велика беда…
Похоже, расстроилась. Но я-то знал, чем это закончится: она наверняка предложит отправиться на континент Бегарит, чтобы поймать ту самую «охотничью кошку». Нет уж, спасибо. Пока я размышлял, Эрис снова углубилась в чтение.
Впрочем, люди ведь лучше всего учатся в том, что им по-настоящему интересно.
— Эй, Рудеус, как читается вот это слово?
— «Точить когти».
Так я и просидел рядом, помогая с переводом и наблюдая, как Эрис читает — серьёзно, с увлечением и… с лёгкой улыбкой.
+4
История 1 - Норн тоже хочет поиграть с Лео
Часть 1
В наш дом пришла большая собака. Реакция Норн, когда она её увидела, была довольно сдержанной «А, ещё один питомец? Понятно», — именно такое впечатление она произвела.
Но в глубине души всё было иначе. Круглые глаза Лео, дружелюбное выражение морды, белая, пушистая, будто облако, шерсть и тело — такое огромное, что, даже обняв его изо всех сил, всё равно останется, что обнимать.
Когда Норн училась в школе в Святом Королевстве Миллис, у одного ребёнка там была большая собака. Однажды тот ребёнок привёл её в школу. Тогда все друзья собрались вокруг, гладили пса, обнимали его, смеялись.
Норн не была подругой этого ребёнка. Она не смогла подойти и сказать: «Можно я тоже поглажу?» — и просто смотрела издалека.
И вот теперь всё повторилось. Когда призвали Лео, и все вокруг ахали, восхищались и тянулись его потрогать, Норн лишь наблюдала со стороны, а на следующий день вернулась в школьное общежитие. Но всё же теперь было не так, как тогда. В детстве тот пёс в школу больше не приходил. А теперь, вернувшись домой, она снова увидит Лео. Может быть, даже сможет обнять его.
Да, где-то в глубине души Норн была взволнована. Она подумала, что обязательно хочет подружиться с Лео. Она приезжала домой всего раз в десять дней, и, когда приезжала, хотела бы прижать его к себе, погладить, поиграть.
Она твёрдо решила, но… колебалась. Вернее даже, не знала, как подойти к этому. Откровенно говоря, Норн не умела ладить с животными. Даже кошки, которые иногда появлялись на территории школы, обходили её стороной. Хотя зверолюди обычно к ней относились хорошо, в отличие от Эрис, она не испытывала особого восторга от их ушей и хвостов.
Тогда Норн придумала: попросит совета у Эрис. Может, это было не самое верное решение, но со стороны именно Эрис казалась ближе всех к Лео. Они часто гуляли вместе, она постоянно обнимала его, терлась щекой о его шерсть. И вот, во время обычной тренировки с мечом, Норн решилась спросить: — Эм… Сестра Эрис, я хочу подружиться с Лео. Как мне это сделать?
— Подружиться с Лео?.. — Эрис перестала махать мечом и задумалась.
Как же подружиться с Лео? Сама она ведь тоже хотела бы быть к нему ближе. Подумав немного, она сказала:
— Лео не любит, когда его обнимают. Зато он обожает мясо. Особенно вяленое. Если дашь ему немного, он точно подружится с тобой.
На самом деле Лео не то, чтобы не любил объятия — просто Эрис обнимала его так крепко, что бедняге становилось трудно дышать. Но Норн этого не знала и просто кивнула: — Понятно. В тот же вечер она пошла в лавку и купила вяленого мяса — в подарок на день, когда снова вернётся домой.
Часть 2
И вот теперь Норн стояла, прижавшись спиной к стене, держа в одной руке кусочек вяленого мяса. Её взгляд был устремлён к двери — точнее, к щели между косяками. Через щель она видела Лео: тот лежал, свернувшись клубком у камина, и зевал. Норн наблюдала за ним напряжённо, выжидая подходящий момент.
Стоит ли предлагать угощение, если он сонный? А вдруг не голоден? Может, надо было купить мясо получше? Как к нему подойти? Что сказать — ведь он же не понимает слов... Пока мысли метались в голове, их взгляды неожиданно встретились. Лео замер. Норн тоже.
Пока она в панике решала, что делать, Лео вдруг повёл носом, будто почуял что-то вкусное, распахнул глаза, поднялся, подошёл и, толкнув дверь носом, оказался прямо перед ней. Вблизи он казался ещё больше. Его голова была чуть выше Норн. Но почему-то страха не было. Дружелюбные глаза смотрели прямо на неё — точнее, на кусочек мяса в руке. Взгляд был полон ожидания: «Дашь? Ну пожалуйста?»
— Гав!
В испуге Норн спрятала мясо за спину. Лео выглядел немного огорчённым и послушно сел.
— Кууу… — тихо заскулил он, словно говоря: «Ну дай же!»
Вот он, момент истины.
Норн подняла мясо к лицу и, покраснев, произнесла: — Я… я тебе дам, но… взамен п-позволь мне тебя обнять! Лео, конечно, не понял смысла — или понял по-своему. В любом случае, не дожидаясь, он вытянул шею к мясу.
— Ах!
Норн опрокинулась назад, но, чтобы не упасть, инстинктивно ухватилась за его шею. Мягкая, пушистая шерсть окутала её верхнюю часть тела.
— Ух ты… такая мягкая…
Наверное, Рудеус бы тут же сказал что-нибудь вроде: «Попробуй новый кондиционер для белья — мягкость, что не отпускает!». Вот настолько это было мягко и тепло. Лео с аппетитом доел мясо и, проглотив последний кусочек, чуть отстранился.
— Ох… — выдохнула Норн. — Уже всё?..
Но в следующий миг Лео весело тявкнул и лизнул её в щёку. Потом, виляя хвостом, стал тереться о неё, нырять под руку, кружить вокруг — словно говоря: «Давай дружить!»
— Эм… хочешь поиграть вместе?
— Гав!
Так Норн и Лео стали друзьями.
Часть 1
В наш дом пришла большая собака. Реакция Норн, когда она её увидела, была довольно сдержанной «А, ещё один питомец? Понятно», — именно такое впечатление она произвела.
Но в глубине души всё было иначе. Круглые глаза Лео, дружелюбное выражение морды, белая, пушистая, будто облако, шерсть и тело — такое огромное, что, даже обняв его изо всех сил, всё равно останется, что обнимать.
Когда Норн училась в школе в Святом Королевстве Миллис, у одного ребёнка там была большая собака. Однажды тот ребёнок привёл её в школу. Тогда все друзья собрались вокруг, гладили пса, обнимали его, смеялись.
Норн не была подругой этого ребёнка. Она не смогла подойти и сказать: «Можно я тоже поглажу?» — и просто смотрела издалека.
И вот теперь всё повторилось. Когда призвали Лео, и все вокруг ахали, восхищались и тянулись его потрогать, Норн лишь наблюдала со стороны, а на следующий день вернулась в школьное общежитие. Но всё же теперь было не так, как тогда. В детстве тот пёс в школу больше не приходил. А теперь, вернувшись домой, она снова увидит Лео. Может быть, даже сможет обнять его.
Да, где-то в глубине души Норн была взволнована. Она подумала, что обязательно хочет подружиться с Лео. Она приезжала домой всего раз в десять дней, и, когда приезжала, хотела бы прижать его к себе, погладить, поиграть.
Она твёрдо решила, но… колебалась. Вернее даже, не знала, как подойти к этому. Откровенно говоря, Норн не умела ладить с животными. Даже кошки, которые иногда появлялись на территории школы, обходили её стороной. Хотя зверолюди обычно к ней относились хорошо, в отличие от Эрис, она не испытывала особого восторга от их ушей и хвостов.
Тогда Норн придумала: попросит совета у Эрис. Может, это было не самое верное решение, но со стороны именно Эрис казалась ближе всех к Лео. Они часто гуляли вместе, она постоянно обнимала его, терлась щекой о его шерсть. И вот, во время обычной тренировки с мечом, Норн решилась спросить: — Эм… Сестра Эрис, я хочу подружиться с Лео. Как мне это сделать?
— Подружиться с Лео?.. — Эрис перестала махать мечом и задумалась.
Как же подружиться с Лео? Сама она ведь тоже хотела бы быть к нему ближе. Подумав немного, она сказала:
— Лео не любит, когда его обнимают. Зато он обожает мясо. Особенно вяленое. Если дашь ему немного, он точно подружится с тобой.
На самом деле Лео не то, чтобы не любил объятия — просто Эрис обнимала его так крепко, что бедняге становилось трудно дышать. Но Норн этого не знала и просто кивнула: — Понятно. В тот же вечер она пошла в лавку и купила вяленого мяса — в подарок на день, когда снова вернётся домой.
Часть 2
И вот теперь Норн стояла, прижавшись спиной к стене, держа в одной руке кусочек вяленого мяса. Её взгляд был устремлён к двери — точнее, к щели между косяками. Через щель она видела Лео: тот лежал, свернувшись клубком у камина, и зевал. Норн наблюдала за ним напряжённо, выжидая подходящий момент.
Стоит ли предлагать угощение, если он сонный? А вдруг не голоден? Может, надо было купить мясо получше? Как к нему подойти? Что сказать — ведь он же не понимает слов... Пока мысли метались в голове, их взгляды неожиданно встретились. Лео замер. Норн тоже.
Пока она в панике решала, что делать, Лео вдруг повёл носом, будто почуял что-то вкусное, распахнул глаза, поднялся, подошёл и, толкнув дверь носом, оказался прямо перед ней. Вблизи он казался ещё больше. Его голова была чуть выше Норн. Но почему-то страха не было. Дружелюбные глаза смотрели прямо на неё — точнее, на кусочек мяса в руке. Взгляд был полон ожидания: «Дашь? Ну пожалуйста?»
— Гав!
В испуге Норн спрятала мясо за спину. Лео выглядел немного огорчённым и послушно сел.
— Кууу… — тихо заскулил он, словно говоря: «Ну дай же!»
Вот он, момент истины.
Норн подняла мясо к лицу и, покраснев, произнесла: — Я… я тебе дам, но… взамен п-позволь мне тебя обнять! Лео, конечно, не понял смысла — или понял по-своему. В любом случае, не дожидаясь, он вытянул шею к мясу.
— Ах!
Норн опрокинулась назад, но, чтобы не упасть, инстинктивно ухватилась за его шею. Мягкая, пушистая шерсть окутала её верхнюю часть тела.
— Ух ты… такая мягкая…
Наверное, Рудеус бы тут же сказал что-нибудь вроде: «Попробуй новый кондиционер для белья — мягкость, что не отпускает!». Вот настолько это было мягко и тепло. Лео с аппетитом доел мясо и, проглотив последний кусочек, чуть отстранился.
— Ох… — выдохнула Норн. — Уже всё?..
Но в следующий миг Лео весело тявкнул и лизнул её в щёку. Потом, виляя хвостом, стал тереться о неё, нырять под руку, кружить вокруг — словно говоря: «Давай дружить!»
— Эм… хочешь поиграть вместе?
— Гав!
Так Норн и Лео стали друзьями.
+5
Побочные истории относящиеся к 16 тому. Переводчик Bloodbear1.
P. S. Пожалуйста, поблагодарите человека с выше указанным ником за проделанную им работу над этими главами.
P. P. S. Для редактора. Добавьте послесловия автора к томам с 1 по 8 и 12.
P. S. Пожалуйста, поблагодарите человека с выше указанным ником за проделанную им работу над этими главами.
P. P. S. Для редактора. Добавьте послесловия автора к томам с 1 по 8 и 12.
+4
История 4 - Инаугурационное приветствие
Это случилось через несколько дней после того, как Рудеус стал подчинённым Орстеда. В тот день Орстед находился в небольшой хижине на окраине Магического города Шария. Он сидел за столом и записывал на бумаге свои размышления о будущем — о тех событиях, что можно было предположить, опираясь на дневник из будущего, который принёс Рудеус.
— Хм?.. — вдруг поднял он голову.
Он почувствовал, что кто-то приближается к хижине. Прислушавшись к шагам, Орстед попытался определить, кто это. Шаги звучали спокойно, но, дойдя почти до двери, внезапно замедлились и стали осторожнее. Так ходил только один человек — Рудеус.
Шаги остановились прямо перед дверью, послышалось короткое покашливание, затем — глубокий вдох. Орстед безошибочно понял, что человек за дверью нервничает. После короткой паузы раздался стук.
— Войди, — сразу ответил Орстед, не желая тратить время на церемонии.
С другой стороны послышался голос Рудеуса:
— Простите за беспокойство.
Дверь открылась без малейшего скрипа, и Рудеус вошёл. Увидев Орстеда, он на мгновение вздрогнул, но быстро взял себя в руки, поклонился и подошёл ближе, остановившись прямо перед ним — напряжённый, собранный. Орстед не помнил, чтобы вызывал его сегодня. Подняв взгляд, он спросил:
— Что тебе нужно?
— Я пришёл извиниться за нападение в тот день и выразить благодарность за то, что вы приняли меня своим подчинённым, лорд Орстед.
— Разве ты уже не извинялся?
— То нельзя назвать извинением, — серьёзно ответил Рудеус.
Орстед мысленно хмыкнул: «Что он опять задумал?»
Не обращая внимания на его реакцию, Рудеус достал из сумки небольшой свёрток.
— В знак извинения примите, пожалуйста, этот скромный подарок.
— ...Хорошо, — с лёгким удивлением сказал Орстед, принимая свёрток.
— О, ты даже завернул коробку в бумагу? — заметил он.
В этом мире почти никто не заворачивал вещи в бумагу — обычай был чужд местным.
— Бумага лишь для красоты, можете просто разорвать, — пояснил Рудеус.
Орстед внимательно осмотрел упаковку, затем провёл пальцем по стыку — и в тот же миг аккуратно разъединил клеевой шов. Бумага расправилась в цельный лист. Он изучил складки, нахмурился, затем открыл деревянную коробку.
— Сладости? — произнёс он с ноткой удивления.
— Эм... Надеюсь, вам понравится, — неловко ответил Рудеус.
Внутри лежала галета — не редкость в этих краях. Орстед уже собирался задаться вопросом о смысле такого подношения, но заметил, что под ней есть двойное дно.
— Хм. Здесь что-то ещё...
— Хе-хе, это то самое жёлтое лакомство, которое вы так любите, лорд Орстед, — загадочно сказал Рудеус.
Его тон прозвучал странно, и Орстед, нахмурившись, открыл нижний отсек. То, что он увидел, было ему совершенно незнакомо. Ни о каком любимом лакомстве речи не шло.
Под галетой лежало что-то вроде большого жёлтого пирожка, похожего на блин. Внутри вместо сладкой пасты из бобов была начинка из орехов — нечто среднее между ояки и пирожком. В любом случае, оно действительно было жёлтым. [1] В любом случае, это была жёлтая сладость, а не кобан. [2]
— Цвет совпадает, но я такого не пробовал. Это точно не моё любимое. Объясни, что всё это значит?
— Э-э... — Рудеус на мгновение замер, словно только что проснулся.
Но быстро выпрямился, сделал глубокий поклон и произнёс:
— Это просто... знак добрых намерений! А что касается смысла "жёлтого сладкого", то... лучше спросите у Нанахоси. Да!
После этого, почти выкрикнув: «Прошу извинить!», Рудеус резко развернулся и стремительно покинул хижину. Орстед некоторое время недоумённо смотрел на дверь, потом перевёл взгляд на оставленное лакомство. Незнакомая форма, странная начинка. На яд не похоже. Да и даже если бы было — яд не подействует на него. Он взял кусочек и попробовал. Медленно прожевал, проглотил.
— ...Неплохо, — тихо произнёс Орстед.
Рудеус — человек странный. Его мысли невозможно предугадать, поступки часто выходят за пределы разумного, а внезапные действия иной раз сродни нападению. И всё же, где-то в глубине души Орстед чувствовал — этот парень не плохой. Так он и подумал, глядя на жёлтое сладкое, оставленное у него на столе.
[Примечание переводчика:
1. Ояки — японские пирожки из теста на гречневой закваске с овощной или сладкой начинкой.
2. Кобан — овальная золотая монета, использовавшаяся в Японии эпохи Эдо.]
Это случилось через несколько дней после того, как Рудеус стал подчинённым Орстеда. В тот день Орстед находился в небольшой хижине на окраине Магического города Шария. Он сидел за столом и записывал на бумаге свои размышления о будущем — о тех событиях, что можно было предположить, опираясь на дневник из будущего, который принёс Рудеус.
— Хм?.. — вдруг поднял он голову.
Он почувствовал, что кто-то приближается к хижине. Прислушавшись к шагам, Орстед попытался определить, кто это. Шаги звучали спокойно, но, дойдя почти до двери, внезапно замедлились и стали осторожнее. Так ходил только один человек — Рудеус.
Шаги остановились прямо перед дверью, послышалось короткое покашливание, затем — глубокий вдох. Орстед безошибочно понял, что человек за дверью нервничает. После короткой паузы раздался стук.
— Войди, — сразу ответил Орстед, не желая тратить время на церемонии.
С другой стороны послышался голос Рудеуса:
— Простите за беспокойство.
Дверь открылась без малейшего скрипа, и Рудеус вошёл. Увидев Орстеда, он на мгновение вздрогнул, но быстро взял себя в руки, поклонился и подошёл ближе, остановившись прямо перед ним — напряжённый, собранный. Орстед не помнил, чтобы вызывал его сегодня. Подняв взгляд, он спросил:
— Что тебе нужно?
— Я пришёл извиниться за нападение в тот день и выразить благодарность за то, что вы приняли меня своим подчинённым, лорд Орстед.
— Разве ты уже не извинялся?
— То нельзя назвать извинением, — серьёзно ответил Рудеус.
Орстед мысленно хмыкнул: «Что он опять задумал?»
Не обращая внимания на его реакцию, Рудеус достал из сумки небольшой свёрток.
— В знак извинения примите, пожалуйста, этот скромный подарок.
— ...Хорошо, — с лёгким удивлением сказал Орстед, принимая свёрток.
— О, ты даже завернул коробку в бумагу? — заметил он.
В этом мире почти никто не заворачивал вещи в бумагу — обычай был чужд местным.
— Бумага лишь для красоты, можете просто разорвать, — пояснил Рудеус.
Орстед внимательно осмотрел упаковку, затем провёл пальцем по стыку — и в тот же миг аккуратно разъединил клеевой шов. Бумага расправилась в цельный лист. Он изучил складки, нахмурился, затем открыл деревянную коробку.
— Сладости? — произнёс он с ноткой удивления.
— Эм... Надеюсь, вам понравится, — неловко ответил Рудеус.
Внутри лежала галета — не редкость в этих краях. Орстед уже собирался задаться вопросом о смысле такого подношения, но заметил, что под ней есть двойное дно.
— Хм. Здесь что-то ещё...
— Хе-хе, это то самое жёлтое лакомство, которое вы так любите, лорд Орстед, — загадочно сказал Рудеус.
Его тон прозвучал странно, и Орстед, нахмурившись, открыл нижний отсек. То, что он увидел, было ему совершенно незнакомо. Ни о каком любимом лакомстве речи не шло.
Под галетой лежало что-то вроде большого жёлтого пирожка, похожего на блин. Внутри вместо сладкой пасты из бобов была начинка из орехов — нечто среднее между ояки и пирожком. В любом случае, оно действительно было жёлтым. [1] В любом случае, это была жёлтая сладость, а не кобан. [2]
— Цвет совпадает, но я такого не пробовал. Это точно не моё любимое. Объясни, что всё это значит?
— Э-э... — Рудеус на мгновение замер, словно только что проснулся.
Но быстро выпрямился, сделал глубокий поклон и произнёс:
— Это просто... знак добрых намерений! А что касается смысла "жёлтого сладкого", то... лучше спросите у Нанахоси. Да!
После этого, почти выкрикнув: «Прошу извинить!», Рудеус резко развернулся и стремительно покинул хижину. Орстед некоторое время недоумённо смотрел на дверь, потом перевёл взгляд на оставленное лакомство. Незнакомая форма, странная начинка. На яд не похоже. Да и даже если бы было — яд не подействует на него. Он взял кусочек и попробовал. Медленно прожевал, проглотил.
— ...Неплохо, — тихо произнёс Орстед.
Рудеус — человек странный. Его мысли невозможно предугадать, поступки часто выходят за пределы разумного, а внезапные действия иной раз сродни нападению. И всё же, где-то в глубине души Орстед чувствовал — этот парень не плохой. Так он и подумал, глядя на жёлтое сладкое, оставленное у него на столе.
[Примечание переводчика:
1. Ояки — японские пирожки из теста на гречневой закваске с овощной или сладкой начинкой.
2. Кобан — овальная золотая монета, использовавшаяся в Японии эпохи Эдо.]
+2
История 3 - Проводник из леса
Часть 1
— Лес какой-то глубокий, да?
— Ага, и правда.
В тот день Эрис и Гислейн безнадёжно заблудились. Они стояли посреди густого, сумрачного леса. Ветки смыкались над головами, сквозь листву едва пробивался свет, а стволы деревьев были такими толстыми, что десяти человек с вытянутыми руками не хватило бы, чтобы обхватить одно.
— Если просто пойдём прямо, то рано или поздно выйдем, верно? Ну же, пошли!
— Угу, пойдём.
Причина их бедствий была проста: они решили, что путь через лес — кратчайший к цели. Но, как это часто бывает, дорога «напрямик» обернулась петлёй. Поначалу обе шли уверенно. Опасности они не чувствовали — Эрис и Гислейн верили, что достаточно идти вперёд, и выход найдётся. Осознание того, что они уже два часа ходят кругами, придёт позже.
— !?
Но прежде, чем они поняли, что сбились, случилось нечто другое. Кусты впереди зашевелились — и оттуда что-то выскочило. Обе моментально обнажили мечи, готовые сразить любое чудовище, но...
— Ой!
Эрис остановила удар и ловко подхватила то, что прыгнуло ей прямо в руки. Маленькое пушистое существо. Похожее на кролика — хотя в северных землях монстров, напоминающих кроликов, хоть пруд пруди. Но это было именно животное, не чудовище: мягкая шерстка, острые ушки, круглые глаза — такое милое, что сердце Эрис растаяло.
— Какое же ты хорошенькое!
Эрис всегда любила зверушек, но те, почуяв её энергию, обычно разбегались в ужасе. А этот сам прыгнул к ней в объятия! Девушка прижала зверька к груди — и тут же, не поворачивая головы, взмахнула мечом.
— Ха!
Одним движением она рассекла напополам волкоподобного монстра, бросившегося из-за деревьев.
— Гррр—аах!
Тот рухнул замертво. Похоже, кролика гнал этот зверь. Но радоваться было рано. Со всех сторон послышалось шуршание — и стало ясно: они окружены.
— Похоже, нас взяли в кольцо.
— Похоже на то.
Эрис прижала кролика к груди одной рукой, другой перехватила меч. Гислейн встала рядом. Шорох стих... и на миг повисла тишина.
— Рааа! —
— Грааа! —
Крикнув в унисон, обе ринулись вперёд. Из-за деревьев выскочили десятки монстров. Рёв Эрис и Гислейн заставил часть стаи на мгновение замешкаться — и этого мгновения хватило. Сталь мелькнула, воздух засвистел.
— Кьяйн! —
— Гяаах! —
Шесть монстров пали от меча Эрис, пять — от клинка Гислейн. Ещё трое — от обратного взмаха. Всего за несколько ударов лес наполнился запахом крови и звоном падающих тел. Оставшиеся трое чудищ, осознав, что стая почти уничтожена, замерли, обменялись взглядами и, поджав хвосты, унеслись прочь. Преследовать их смысла не было — в лесах монстры встречались часто, и такие схватки давно перестали быть чем-то особенным.
— Похоже, забрели прямо в логово, — заметила Гислейн.
— Ага.
Что привело их сюда — сама ли стая, или кролик, или шум боя — оставалось загадкой. Эрис, сияя азартом, обняла дрожащего зверька крепче и выкрикнула:
— Ну что, идите сюда!
И снова бросилась в гущу противников.
Часть 2
— Фух... Кажется, всё.
Лес теперь больше напоминал поле битвы: кругом трупы, изломанные ветви, клочья шерсти.
— Эрис, ты не ранена?
— Ни царапины! — бодро ответила она.
Монстры закончились — или сбежали. Для Эрис и Гислейн такие схватки были скорее разминкой, чем угрозой.
— Вот только... мы теперь совсем потеряли направление.
— Ага. Где теперь «вперёд»?
Их положение стало ещё запутаннее, чем раньше. Эрис нахмурилась, оглядываясь, и тут...
— Ой!
Кролик, которого она всё это время держала, выскользнул из рук и запрыгал прочь. Эрис немного расстроилась, но быстро вздохнула: к животным она привыкла — убегают, и ладно.
— Ладно... будь осторожен, малыш.
Она уже хотела отвернуться, но зверёк вдруг остановился, обернулся к ней, подпрыгнул и ткнулся мордочкой в её ногу. А потом снова побежал — оглядываясь, словно приглашая: «Следуй за мной.»
Эрис и Гислейн переглянулись.
— Пошли!
— Правильно.
Часть 3
Следуя за кроликом, они не провалились в волшебную нору, не встретили безумного шляпника и не нашли сундук, полный золота.
Они просто... вышли из леса.
— Он вывел нас!
— Похоже на то.
Когда девушки обернулись, чтобы поблагодарить своего спасителя, кролика уже не было. Исчез — будто растворился в воздухе. Может, и вправду был всего лишь иллюзией? Но ни Эрис, ни Гислейн не из тех, кто будет ломать голову над пустяками.
— Ну что ж, вперёд! До Магического города Шарии рукой подать! —
— Вперёд, — кивнула Гислейн.
И, вскочив на лошадей, обе направились к свету — прочь из тени леса.
(1 сноска на примечание)
Примечания:
Часть 1
— Лес какой-то глубокий, да?
— Ага, и правда.
В тот день Эрис и Гислейн безнадёжно заблудились. Они стояли посреди густого, сумрачного леса. Ветки смыкались над головами, сквозь листву едва пробивался свет, а стволы деревьев были такими толстыми, что десяти человек с вытянутыми руками не хватило бы, чтобы обхватить одно.
— Если просто пойдём прямо, то рано или поздно выйдем, верно? Ну же, пошли!
— Угу, пойдём.
Причина их бедствий была проста: они решили, что путь через лес — кратчайший к цели. Но, как это часто бывает, дорога «напрямик» обернулась петлёй. Поначалу обе шли уверенно. Опасности они не чувствовали — Эрис и Гислейн верили, что достаточно идти вперёд, и выход найдётся. Осознание того, что они уже два часа ходят кругами, придёт позже.
— !?
Но прежде, чем они поняли, что сбились, случилось нечто другое. Кусты впереди зашевелились — и оттуда что-то выскочило. Обе моментально обнажили мечи, готовые сразить любое чудовище, но...
— Ой!
Эрис остановила удар и ловко подхватила то, что прыгнуло ей прямо в руки. Маленькое пушистое существо. Похожее на кролика — хотя в северных землях монстров, напоминающих кроликов, хоть пруд пруди. Но это было именно животное, не чудовище: мягкая шерстка, острые ушки, круглые глаза — такое милое, что сердце Эрис растаяло.
— Какое же ты хорошенькое!
Эрис всегда любила зверушек, но те, почуяв её энергию, обычно разбегались в ужасе. А этот сам прыгнул к ней в объятия! Девушка прижала зверька к груди — и тут же, не поворачивая головы, взмахнула мечом.
— Ха!
Одним движением она рассекла напополам волкоподобного монстра, бросившегося из-за деревьев.
— Гррр—аах!
Тот рухнул замертво. Похоже, кролика гнал этот зверь. Но радоваться было рано. Со всех сторон послышалось шуршание — и стало ясно: они окружены.
— Похоже, нас взяли в кольцо.
— Похоже на то.
Эрис прижала кролика к груди одной рукой, другой перехватила меч. Гислейн встала рядом. Шорох стих... и на миг повисла тишина.
— Рааа! —
— Грааа! —
Крикнув в унисон, обе ринулись вперёд. Из-за деревьев выскочили десятки монстров. Рёв Эрис и Гислейн заставил часть стаи на мгновение замешкаться — и этого мгновения хватило. Сталь мелькнула, воздух засвистел.
— Кьяйн! —
— Гяаах! —
Шесть монстров пали от меча Эрис, пять — от клинка Гислейн. Ещё трое — от обратного взмаха. Всего за несколько ударов лес наполнился запахом крови и звоном падающих тел. Оставшиеся трое чудищ, осознав, что стая почти уничтожена, замерли, обменялись взглядами и, поджав хвосты, унеслись прочь. Преследовать их смысла не было — в лесах монстры встречались часто, и такие схватки давно перестали быть чем-то особенным.
— Похоже, забрели прямо в логово, — заметила Гислейн.
— Ага.
Что привело их сюда — сама ли стая, или кролик, или шум боя — оставалось загадкой. Эрис, сияя азартом, обняла дрожащего зверька крепче и выкрикнула:
— Ну что, идите сюда!
И снова бросилась в гущу противников.
Часть 2
— Фух... Кажется, всё.
Лес теперь больше напоминал поле битвы: кругом трупы, изломанные ветви, клочья шерсти.
— Эрис, ты не ранена?
— Ни царапины! — бодро ответила она.
Монстры закончились — или сбежали. Для Эрис и Гислейн такие схватки были скорее разминкой, чем угрозой.
— Вот только... мы теперь совсем потеряли направление.
— Ага. Где теперь «вперёд»?
Их положение стало ещё запутаннее, чем раньше. Эрис нахмурилась, оглядываясь, и тут...
— Ой!
Кролик, которого она всё это время держала, выскользнул из рук и запрыгал прочь. Эрис немного расстроилась, но быстро вздохнула: к животным она привыкла — убегают, и ладно.
— Ладно... будь осторожен, малыш.
Она уже хотела отвернуться, но зверёк вдруг остановился, обернулся к ней, подпрыгнул и ткнулся мордочкой в её ногу. А потом снова побежал — оглядываясь, словно приглашая: «Следуй за мной.»
Эрис и Гислейн переглянулись.
— Пошли!
— Правильно.
Часть 3
Следуя за кроликом, они не провалились в волшебную нору, не встретили безумного шляпника и не нашли сундук, полный золота.
Они просто... вышли из леса.
— Он вывел нас!
— Похоже на то.
Когда девушки обернулись, чтобы поблагодарить своего спасителя, кролика уже не было. Исчез — будто растворился в воздухе. Может, и вправду был всего лишь иллюзией? Но ни Эрис, ни Гислейн не из тех, кто будет ломать голову над пустяками.
— Ну что ж, вперёд! До Магического города Шарии рукой подать! —
— Вперёд, — кивнула Гислейн.
И, вскочив на лошадей, обе направились к свету — прочь из тени леса.
(1 сноска на примечание)
Примечания:
1. К этой главе есть изображения увидеть их можно по ссылке размещённой в начале комментария.
2. На всякий случай размещу ещё одну ссылку на ту же историю:
https://ranobelib.me/ru/143004--mushoku-tensei-shoruto-storisu/read/v15/c3?bid&ui=6996167+2
История 2 - Друзья
— Так, с ногами закончили. — Ух ты! Как и ожидалось от мистера Клиффа — вы работаете просто молниеносно!
В тот день Клифф и Заноба трудились бок о бок в небольшом сарае на окраине города магии Шарии. Перед ними стоял громоздкий металлический силуэт — почти завершённая магическая броня.
— На этом каркас готов, — удовлетворённо сказал Клифф, отряхивая руки. — Как только мастер вернётся, нужно сразу же испытать.
Заноба, глядя на лежавшую перед ним броню, вздохнул с искренним восхищением.
— Хм... Мастер давно вынашивал эту идею, но... где он вообще узнал такие техники? — в голосе Занобы звучало детское изумление.
Внешне это был огромный доспех, но внутри — сплетение магических кругов и сложнейших рун. По сути, конструкция была ближе к куклам, которыми Заноба занимался последние годы, чем к обычной броне.
Он и Рудеус давно работали над подвижными куклами, шаг за шагом приближаясь к мечте — создать «живое творение». Но он никогда не думал, что они так быстро дойдут до чего-то подобного — колоссальной магической машины. И теперь, когда до завершения оставалось совсем немного, Заноба чувствовал, как в груди бурлит восторг.
— Да, — коротко ответил Клифф, нахмурившись.
Он знал о магических кругах немало — особенно после того, как занялся изготовлением артефактов, связанных с проклятиями. И всё же создание этой брони оказалось невероятно трудным. Они не раз упирались в тупик.
Но Рудеус... будто играючи находил решения. Кто бы мог подумать, что стоит лишь заменить магический круг в корпусе — с ветровой системы на формулу Алистера, — и восемьдесят процентов проблем исчезнут? Эта система заклинаний уже давно вышла из употребления; большинство магов знали о ней только по учебникам истории. Клифф подумал, что для Рудеуса такие знания, наверное, само собой разумеются. Однако его беспокоило не это.
— Знаешь, — сказал он, — мне любопытнее другое. Почему он вообще решил создать такую вещь?
Сначала Клифф считал, что это просто хобби. Ну захотел Рудеус сделать себе большую магическую игрушку, которую можно носить и управлять ею — почему бы и нет? Но, глядя сейчас на массивные пластины брони, на резкие отклики механизмов, на заготовленные крепления под оружие и щит, он понял: это доспех для боя.
— Это ведь не просто забава, верно?
— Похоже на то.
— Тебе не кажется странным, что он нам ничего не объяснил?
— Хм... — протянул Заноба, скрестив руки и задумчиво взглянув в потолок. — Было бы ложью сказать, что мне не любопытно.
— Так почему он молчит? Неужели не доверяет нам?
— Нет, нет. Если бы не доверял, он бы вообще не вовлёк нас в проект.
— Тогда в чём дело?..
Заноба опустился на скамью рядом с бронёй, издав задумчивое «хмм».
— Мастер иногда бывает... скрытным.
— Скрытным?
— Думаю, он просто не хочет, чтобы мы волновались. Наверное, считает, что, если мы узнаем правду, это принесёт нам одни неприятности.
— Хм... вот уж действительно, скрытный, — вздохнул Клифф и тоже присел рядом.
Заноба посмотрел на него — на слегка надутые, недовольные губы Клиффа — и неожиданно спросил:
— Мистер Клифф, а вы... хотите быть ближе к Мастеру?
— Что? — Клифф поднял брови.
Заноба за стёклами очков выглядел спокойно, даже серьёзно. Он не был человеком, который задаёт вопросы ради шутки, и Клифф ответил прямо:
— Конечно хочу. Он ведь... даже при всей своей силе относится ко мне с уважением.
— Верно. — Заноба кивнул. — При всём своём могуществе Мастер никогда не смотрит на нас свысока.
Оба невольно вспомнили дни, когда Рудеус впервые появился в Университете Магии. Он с лёгкостью превосходил их во всём — но ни разу не заставил почувствовать себя ничтожными. Он уважал их труд, их знание, их упорство.
— И всё же, — тихо сказал Заноба, — иногда кажется, будто между нами есть невидимая стена.
— Да... Я тоже бы хотел поговорить с ним по-настоящему, без сдержанности.
— Угу.
Клифф почесал подбородок. У него никогда не было много друзей, и он не знал, как начать такой разговор. Но где-то внутри родилось упрямое чувство — надо сделать хоть что-нибудь.
— Знаешь что? — сказал он вдруг. — Когда всё это закончится, если он по-прежнему будет отмалчиваться — устроим вечер посиделок! За выпивкой!
— Ха! Отличная мысль. Попросим Джинджер подобрать место?
— Нет, — решительно покачал головой Клифф. — Только мы сами. Это должно быть... наше дело.
— Но я никогда ничего подобного не устраивал. Вдруг выберу совсем неподходящее место?
— У меня тоже первый раз. Но, если хотим поговорить по душам, важно, чтобы всё было по-честному.
— Ха-ха! Верно сказано!
Так Клифф и Заноба решили устроить вечеринку для троих — где, наконец, смогут говорить с Рудеусом без масок. Состоится ли она когда-нибудь — это уже совсем другая история.
Вечеринка потом состоится
(1 сноска на примечание)
Примечания:
— Так, с ногами закончили. — Ух ты! Как и ожидалось от мистера Клиффа — вы работаете просто молниеносно!
В тот день Клифф и Заноба трудились бок о бок в небольшом сарае на окраине города магии Шарии. Перед ними стоял громоздкий металлический силуэт — почти завершённая магическая броня.
— На этом каркас готов, — удовлетворённо сказал Клифф, отряхивая руки. — Как только мастер вернётся, нужно сразу же испытать.
Заноба, глядя на лежавшую перед ним броню, вздохнул с искренним восхищением.
— Хм... Мастер давно вынашивал эту идею, но... где он вообще узнал такие техники? — в голосе Занобы звучало детское изумление.
Внешне это был огромный доспех, но внутри — сплетение магических кругов и сложнейших рун. По сути, конструкция была ближе к куклам, которыми Заноба занимался последние годы, чем к обычной броне.
Он и Рудеус давно работали над подвижными куклами, шаг за шагом приближаясь к мечте — создать «живое творение». Но он никогда не думал, что они так быстро дойдут до чего-то подобного — колоссальной магической машины. И теперь, когда до завершения оставалось совсем немного, Заноба чувствовал, как в груди бурлит восторг.
— Да, — коротко ответил Клифф, нахмурившись.
Он знал о магических кругах немало — особенно после того, как занялся изготовлением артефактов, связанных с проклятиями. И всё же создание этой брони оказалось невероятно трудным. Они не раз упирались в тупик.
Но Рудеус... будто играючи находил решения. Кто бы мог подумать, что стоит лишь заменить магический круг в корпусе — с ветровой системы на формулу Алистера, — и восемьдесят процентов проблем исчезнут? Эта система заклинаний уже давно вышла из употребления; большинство магов знали о ней только по учебникам истории. Клифф подумал, что для Рудеуса такие знания, наверное, само собой разумеются. Однако его беспокоило не это.
— Знаешь, — сказал он, — мне любопытнее другое. Почему он вообще решил создать такую вещь?
Сначала Клифф считал, что это просто хобби. Ну захотел Рудеус сделать себе большую магическую игрушку, которую можно носить и управлять ею — почему бы и нет? Но, глядя сейчас на массивные пластины брони, на резкие отклики механизмов, на заготовленные крепления под оружие и щит, он понял: это доспех для боя.
— Это ведь не просто забава, верно?
— Похоже на то.
— Тебе не кажется странным, что он нам ничего не объяснил?
— Хм... — протянул Заноба, скрестив руки и задумчиво взглянув в потолок. — Было бы ложью сказать, что мне не любопытно.
— Так почему он молчит? Неужели не доверяет нам?
— Нет, нет. Если бы не доверял, он бы вообще не вовлёк нас в проект.
— Тогда в чём дело?..
Заноба опустился на скамью рядом с бронёй, издав задумчивое «хмм».
— Мастер иногда бывает... скрытным.
— Скрытным?
— Думаю, он просто не хочет, чтобы мы волновались. Наверное, считает, что, если мы узнаем правду, это принесёт нам одни неприятности.
— Хм... вот уж действительно, скрытный, — вздохнул Клифф и тоже присел рядом.
Заноба посмотрел на него — на слегка надутые, недовольные губы Клиффа — и неожиданно спросил:
— Мистер Клифф, а вы... хотите быть ближе к Мастеру?
— Что? — Клифф поднял брови.
Заноба за стёклами очков выглядел спокойно, даже серьёзно. Он не был человеком, который задаёт вопросы ради шутки, и Клифф ответил прямо:
— Конечно хочу. Он ведь... даже при всей своей силе относится ко мне с уважением.
— Верно. — Заноба кивнул. — При всём своём могуществе Мастер никогда не смотрит на нас свысока.
Оба невольно вспомнили дни, когда Рудеус впервые появился в Университете Магии. Он с лёгкостью превосходил их во всём — но ни разу не заставил почувствовать себя ничтожными. Он уважал их труд, их знание, их упорство.
— И всё же, — тихо сказал Заноба, — иногда кажется, будто между нами есть невидимая стена.
— Да... Я тоже бы хотел поговорить с ним по-настоящему, без сдержанности.
— Угу.
Клифф почесал подбородок. У него никогда не было много друзей, и он не знал, как начать такой разговор. Но где-то внутри родилось упрямое чувство — надо сделать хоть что-нибудь.
— Знаешь что? — сказал он вдруг. — Когда всё это закончится, если он по-прежнему будет отмалчиваться — устроим вечер посиделок! За выпивкой!
— Ха! Отличная мысль. Попросим Джинджер подобрать место?
— Нет, — решительно покачал головой Клифф. — Только мы сами. Это должно быть... наше дело.
— Но я никогда ничего подобного не устраивал. Вдруг выберу совсем неподходящее место?
— У меня тоже первый раз. Но, если хотим поговорить по душам, важно, чтобы всё было по-честному.
— Ха-ха! Верно сказано!
Так Клифф и Заноба решили устроить вечеринку для троих — где, наконец, смогут говорить с Рудеусом без масок. Состоится ли она когда-нибудь — это уже совсем другая история.
Вечеринка потом состоится
(1 сноска на примечание)
Примечания:
1. К этой главе есть изображения увидеть их можно по ссылке размещённой в начале комментария.
2. На всякий случай размещу ещё одну ссылку на ту же историю:
https://ranobelib.me/ru/143004--mushoku-tensei-shoruto-storisu/read/v15/c2?bid&ui=6996167+6
История 1 - Спокойствие Короля
Парящий в небе замок — Разрушитель Хаос. В одном из его садов тихо стонала молодая девушка.
— Уф... — слабо выдохнула она.
Её звали Нанахоси Сидзука, обыкновенная старшеклассница, волею судьбы перенесённая в этот мир. Сейчас она сидела за столиком в саду, опершись локтями о поверхность и прижимая ладони к вискам.
Мысли её были заняты предстоящей битвой Рудеуса с Орстедом. Она и сама была в этом замешана — пусть и косвенно: лишь одолжила кольцо, способное вызвать Орстеда. Но даже такое участие не давало ей покоя.
— Что же мне делать... — пробормотала она рассеянно.
— О чём ты тревожишься? — раздался вдруг голос за спиной.
— ! — Нанахоси вздрогнула и резко обернулась.
Позади стоял Перугиус, владыка этого замка. Узнав его, девушка мгновенно побледнела и поспешно склонила голову.
— Э-э... нет... то есть... — запнулась она, не находя слов.
— Хм. Не можешь сказать? Тогда, пожалуй, речь идёт о Рудеусе и Орстеде.
Нанахоси вздрогнула, словно её застали с поличным.
— Все разговоры в стенах моего замка мне известны, — спокойно продолжил Перугиус. — Я, разумеется, знаю и о твоём плане — о заговоре с Рудеусом, о намерении предать Орстеда и устроить ему засаду.
— Мы не предаём его! — вскрикнула она.
— Ах, правда? — прищурился он. — А как тогда назвать то, что вы собираетесь сделать? Выманить Орстеда под предлогом помощи — и попытаться убить его?
Нанахоси опустила глаза, не находя оправдания.
— Впрочем, — продолжил Перугиус, — не думаю, что Рудеус сможет победить Орстеда. Его ловушка будет разрушена, а сам он в итоге уткнётся носом в землю.
Понимая смысл этих слов, Нанахоси побледнела. Может быть, стоило настоять, попытаться остановить Рудеуса? Но нет — когда он пришёл к ней, решение уже было принято. Слова бы не помогли.
— А может, разъярённый Орстед явится и сюда, в мой замок, — добавил Перугиус.
— А... — выдохнула Нанахоси, ошеломлённо подняв взгляд.
До этого она думала лишь о себе и о Рудеусе — и совсем не задумывалась, что может навлечь беду и на Перугиуса.
— Я... я даже не подумала об этом... Простите...
Она было поднялась, намереваясь уйти, но Перугиус поднял руку.
— Сядь, — коротко сказал он.
Тон не оставлял места возражениям. Нанахоси послушно опустилась обратно. Перед ней поставили чашку — ароматный пар тонкой струйкой поднимался от поверхности чая.
— Лорд Перугиус — человек великодушный, — послышался тихий голос за её спиной.
Обернувшись, Нанахоси увидела женщину в маске — Сильварил.
— Он не станет изгонять гостя из-за такой мелочи. К тому же, лорд Перугиус необычайно могуществен. Даже если Орстед нападёт, у него хватит силы, чтобы дать отпор. Сильварил говорила спокойно, но на лице Перугиуса мелькнула тень — лёгкая, но красноречивая. Этого было достаточно, чтобы понять, насколько грозным противником является Орстед.
— Хм. Впрочем, до этого не дойдёт. «Орстед относится к тебе с особым почтением», —сказал Перугиус.
— Вы действительно так думаете?
— Насколько мне известно, ты — единственная, к кому он проявлял такую привязанность. Он не станет убивать тебя из-за незначительного проступка.
Нанахоси замолчала. Она знала кое-что об Орстеде — знала его тайну. Она не могла рассказать о ней никому, но понимала, что за боль он несёт, чего ищет и чего боится. И потому сейчас она думала только об одном: «я совершила непростительное». Она предала человека, который защищал её с самого момента появления в этом мире. И в то же время — не смогла остановить того, кто помогал ей искать путь домой, отправив его, возможно, на смерть.
Двух людей, перед которыми она была в неоплатном долгу.
— Хлюп... — звук вырвался сам собой.
Глаза защипало, горло сжалось. Она подняла голову, пытаясь сдержать слёзы, но не успела — прозрачная капля упала на стол.
— Хм... плачешь, значит? — с усмешкой произнёс Перугиус.
Сильварил тоже посмотрела строго.
— Слёзы тебе не помогут, — сказал Перугиус, и в его голосе прозвучала не насмешка, а твёрдая констатация.
— Хлюп... Я знаю... это ничего не изменит... — тихо ответила она.
— Тогда думай лишь об одном. —
С этими словами Перугиус отпил последний глоток чая, поднялся и направился прочь, давая понять, что разговор окончен. Наблюдая, как его фигура исчезает в глубине сада, Нанахоси поняла, зачем он приходил.
— Спасибо вам... лорд Перугиус, — прошептала она едва слышно. Но Перугиус услышал.
Парящий в небе замок — Разрушитель Хаос. В одном из его садов тихо стонала молодая девушка.
— Уф... — слабо выдохнула она.
Её звали Нанахоси Сидзука, обыкновенная старшеклассница, волею судьбы перенесённая в этот мир. Сейчас она сидела за столиком в саду, опершись локтями о поверхность и прижимая ладони к вискам.
Мысли её были заняты предстоящей битвой Рудеуса с Орстедом. Она и сама была в этом замешана — пусть и косвенно: лишь одолжила кольцо, способное вызвать Орстеда. Но даже такое участие не давало ей покоя.
— Что же мне делать... — пробормотала она рассеянно.
— О чём ты тревожишься? — раздался вдруг голос за спиной.
— ! — Нанахоси вздрогнула и резко обернулась.
Позади стоял Перугиус, владыка этого замка. Узнав его, девушка мгновенно побледнела и поспешно склонила голову.
— Э-э... нет... то есть... — запнулась она, не находя слов.
— Хм. Не можешь сказать? Тогда, пожалуй, речь идёт о Рудеусе и Орстеде.
Нанахоси вздрогнула, словно её застали с поличным.
— Все разговоры в стенах моего замка мне известны, — спокойно продолжил Перугиус. — Я, разумеется, знаю и о твоём плане — о заговоре с Рудеусом, о намерении предать Орстеда и устроить ему засаду.
— Мы не предаём его! — вскрикнула она.
— Ах, правда? — прищурился он. — А как тогда назвать то, что вы собираетесь сделать? Выманить Орстеда под предлогом помощи — и попытаться убить его?
Нанахоси опустила глаза, не находя оправдания.
— Впрочем, — продолжил Перугиус, — не думаю, что Рудеус сможет победить Орстеда. Его ловушка будет разрушена, а сам он в итоге уткнётся носом в землю.
Понимая смысл этих слов, Нанахоси побледнела. Может быть, стоило настоять, попытаться остановить Рудеуса? Но нет — когда он пришёл к ней, решение уже было принято. Слова бы не помогли.
— А может, разъярённый Орстед явится и сюда, в мой замок, — добавил Перугиус.
— А... — выдохнула Нанахоси, ошеломлённо подняв взгляд.
До этого она думала лишь о себе и о Рудеусе — и совсем не задумывалась, что может навлечь беду и на Перугиуса.
— Я... я даже не подумала об этом... Простите...
Она было поднялась, намереваясь уйти, но Перугиус поднял руку.
— Сядь, — коротко сказал он.
Тон не оставлял места возражениям. Нанахоси послушно опустилась обратно. Перед ней поставили чашку — ароматный пар тонкой струйкой поднимался от поверхности чая.
— Лорд Перугиус — человек великодушный, — послышался тихий голос за её спиной.
Обернувшись, Нанахоси увидела женщину в маске — Сильварил.
— Он не станет изгонять гостя из-за такой мелочи. К тому же, лорд Перугиус необычайно могуществен. Даже если Орстед нападёт, у него хватит силы, чтобы дать отпор. Сильварил говорила спокойно, но на лице Перугиуса мелькнула тень — лёгкая, но красноречивая. Этого было достаточно, чтобы понять, насколько грозным противником является Орстед.
— Хм. Впрочем, до этого не дойдёт. «Орстед относится к тебе с особым почтением», —сказал Перугиус.
— Вы действительно так думаете?
— Насколько мне известно, ты — единственная, к кому он проявлял такую привязанность. Он не станет убивать тебя из-за незначительного проступка.
Нанахоси замолчала. Она знала кое-что об Орстеде — знала его тайну. Она не могла рассказать о ней никому, но понимала, что за боль он несёт, чего ищет и чего боится. И потому сейчас она думала только об одном: «я совершила непростительное». Она предала человека, который защищал её с самого момента появления в этом мире. И в то же время — не смогла остановить того, кто помогал ей искать путь домой, отправив его, возможно, на смерть.
Двух людей, перед которыми она была в неоплатном долгу.
— Хлюп... — звук вырвался сам собой.
Глаза защипало, горло сжалось. Она подняла голову, пытаясь сдержать слёзы, но не успела — прозрачная капля упала на стол.
— Хм... плачешь, значит? — с усмешкой произнёс Перугиус.
Сильварил тоже посмотрела строго.
— Слёзы тебе не помогут, — сказал Перугиус, и в его голосе прозвучала не насмешка, а твёрдая констатация.
— Хлюп... Я знаю... это ничего не изменит... — тихо ответила она.
— Тогда думай лишь об одном. —
С этими словами Перугиус отпил последний глоток чая, поднялся и направился прочь, давая понять, что разговор окончен. Наблюдая, как его фигура исчезает в глубине сада, Нанахоси поняла, зачем он приходил.
— Спасибо вам... лорд Перугиус, — прошептала она едва слышно. Но Перугиус услышал.
+7
Побочные истории относящиеся к 15 тому. Переводчик Bloodbear1.
P. S. Пожалуйста, поблагодарите человека с выше указанным ником за проделанную им работу над этими главами.
P. P. S. Для редактора. Добавьте послесловия автора к томам с 1 по 8 и 12.
P. S. Пожалуйста, поблагодарите человека с выше указанным ником за проделанную им работу над этими главами.
P. P. S. Для редактора. Добавьте послесловия автора к томам с 1 по 8 и 12.
+6
История 4 - Тренировки Клиффа идентификации
Глаз идентификации. Демонический глаз, наделённый особой силой. Стоит лишь взглянуть на предмет — и в воздухе перед глазами появляется поясняющий текст. Вот и всё, что умеет этот глаз, но пока не научишься им управлять, всё поле зрения превращается в сплошной поток слов, от чего даже шагу нельзя ступить без ошибок.
— Чёрт... — выругался Клифф. Он получил этот демонский глаз от самой Императрицы Демонов Киширики Киширису — и теперь изо всех сил пытался обуздать его.
Конечно, можно было бы просто завязать глаз повязкой и жить спокойно. Многие владельцы демонических глаз поступали именно так — и не мучились. Но гордость Клиффа не позволяла ему сдаться.
Он сам выбрал именно это око — значит, обязан научиться управлять им, хотя бы настолько, чтобы не стыдно было сказать: «Я умею его использовать. Именно чувство ответственности гнало его вперёд.
— Клифф, может, передохнёшь немного? — с заботой предложила Элинализ.
— Нет! Рудеус овладел Глазом Предвидения всего за неделю. Я хотя бы должен научиться ходить!
Как и в последние дни, Элинализ сопровождала его по коридорам парящего замка. Тренировка была проста: смотреть на разные предметы, читать появляющийся текст и запоминать информацию.
Когда мозг полностью усваивал сведения, глаз переставал выводить их на экран сознания. Продолжая это снова и снова, можно было достичь того, чтобы глаз показывал только то, что ты сам хочешь видеть. Клифф, называвший себя гением, всего за несколько дней догадался до этого метода. К счастью, летающая крепость была полна редчайших артефактов — идеальное место для таких тренировок. Но, разумеется, овладеть силой глаза было нелегко.
— Хм?
— О, мистер Клифф, на свидании, что ли? — раздался добродушный голос.
Перед Клиффом остановился Заноба.
— Нет, тренируюсь управлять своим глазом. А ты опять любуешься скульптурами?
— Именно.
— День за днём, и всё не надоест?
— Здесь столько искусства, что и за несколько дней всего не пересмотришь.
— Вот как...
С тех пор, как у него появился глаз идентификации, Клифф видел множество произведений искусства в этом замке. Особого интереса он к ним не испытывал, но, читая поясняющий текст каждый день, понемногу набирался знаний. Со временем он понял: сокровища, собранные здесь, действительно бесценны. Многие из них — артефакты, чьи способы создания давно забыты.
— Да, всё здесь редкое, — согласился он.
— Верно. Но ведь настоящая сила лорда Перугиуса не только в том, что он всё это собрал, — возразил Заноба, указывая на статую. — Он по-настоящему ценит мастерство и красоту.
Вот взгляни! Материал — зелёная золотая руда, редчайшая вещь. Но посмотри на эту плавную линию вдоль шеи! Как удалось вырезать такую утончённую форму из столь хрупкого камня? Ни один известный мастер не работал в подобном стиле... Может, это был ученик, отошедший от своей школы, или некий безымянный гений?
— Здесь написано, что это работа Эдмунда Оползня, вырезанная когтем Одноглазого Дракона, — небрежно произнёс Клифф.
Заноба замер. Потом медленно повернулся к нему, словно скрипучий механизм, и уставился горящими глазами.
— Хочешь сказать, что это творение Эдмунда? Того самого, что славился своим абстрактным стилем?!
— Ну... я не особо знаю, кто это, но так тут написано. Якобы, когда он был молод и путешествовал как авантюрист, нашёл в пещере зелёную руду и кости Одноглазого Дракона — и вырезал статую прямо на месте.
— Хм... Значит, твой глаз может сообщить и такие подробности.
Услышав это, Клифф ощутил лёгкое сожаление. Он понял, что, пожалуй, сказал лишнее. Даже он, не слишком тонкий человек, мог догадаться: неприятно, когда кто-то без труда хвастается знаниями, которые тебе самому пришлось бы добывать годами.
Если бы дело было просто в превосходстве, Клифф не задумывался бы — но ведь знания ему дарил не собственный ум, а магический глаз. А выдавать это за личные заслуги — противно его гордости.
— Извини, Заноба. Я не хотел...
— Мистер Клифф! Мистер Клифф! — вдруг загорелся Заноба, не дав договорить. — А вот эту статую! Что скажет твой глаз? Кто автор, из чего она сделана?
— Эм... Заноба...
— Ах, простите! Я, кажется, обращаюсь к вам как к инструменту. Обидел?
— Нет, не в этом дело. Просто... тебе не неприятно, что кто-то, не приложив усилий, выставляет знания напоказ?
— Ха-ха-ха! Что ты, не будь смешным. Я ведь тоже родился с благословением силы, не по своей воле. Разве стану презирать другого за врождённый дар? Если с его помощью можно узнать что-то новое — я только рад!
После этих слов Клифф, наконец, понял. Заноба не стремился к соревнованию. Он не пытался быть лучше в том, что любил. Он просто искал истину и красоту — и делал это с чистым сердцем. И именно поэтому, даже перешагнув за тридцать, он не ленился учиться магии земли и с уважением относился и к младшим, и к старшим.
— Да... ты прав, — тихо сказал Клифф. — Эта статуя — работа знаменитого мастера морского народа по имени Гарфиш. Он вырезал её из красного кораллового камня, который можно найти только на дне океана.
И так, с помощью своего демонического глаза, Клифф вновь сделал шаг вперёд — не только в искусстве опознания, но и в собственном росте как человека.
Глаз идентификации. Демонический глаз, наделённый особой силой. Стоит лишь взглянуть на предмет — и в воздухе перед глазами появляется поясняющий текст. Вот и всё, что умеет этот глаз, но пока не научишься им управлять, всё поле зрения превращается в сплошной поток слов, от чего даже шагу нельзя ступить без ошибок.
— Чёрт... — выругался Клифф. Он получил этот демонский глаз от самой Императрицы Демонов Киширики Киширису — и теперь изо всех сил пытался обуздать его.
Конечно, можно было бы просто завязать глаз повязкой и жить спокойно. Многие владельцы демонических глаз поступали именно так — и не мучились. Но гордость Клиффа не позволяла ему сдаться.
Он сам выбрал именно это око — значит, обязан научиться управлять им, хотя бы настолько, чтобы не стыдно было сказать: «Я умею его использовать. Именно чувство ответственности гнало его вперёд.
— Клифф, может, передохнёшь немного? — с заботой предложила Элинализ.
— Нет! Рудеус овладел Глазом Предвидения всего за неделю. Я хотя бы должен научиться ходить!
Как и в последние дни, Элинализ сопровождала его по коридорам парящего замка. Тренировка была проста: смотреть на разные предметы, читать появляющийся текст и запоминать информацию.
Когда мозг полностью усваивал сведения, глаз переставал выводить их на экран сознания. Продолжая это снова и снова, можно было достичь того, чтобы глаз показывал только то, что ты сам хочешь видеть. Клифф, называвший себя гением, всего за несколько дней догадался до этого метода. К счастью, летающая крепость была полна редчайших артефактов — идеальное место для таких тренировок. Но, разумеется, овладеть силой глаза было нелегко.
— Хм?
— О, мистер Клифф, на свидании, что ли? — раздался добродушный голос.
Перед Клиффом остановился Заноба.
— Нет, тренируюсь управлять своим глазом. А ты опять любуешься скульптурами?
— Именно.
— День за днём, и всё не надоест?
— Здесь столько искусства, что и за несколько дней всего не пересмотришь.
— Вот как...
С тех пор, как у него появился глаз идентификации, Клифф видел множество произведений искусства в этом замке. Особого интереса он к ним не испытывал, но, читая поясняющий текст каждый день, понемногу набирался знаний. Со временем он понял: сокровища, собранные здесь, действительно бесценны. Многие из них — артефакты, чьи способы создания давно забыты.
— Да, всё здесь редкое, — согласился он.
— Верно. Но ведь настоящая сила лорда Перугиуса не только в том, что он всё это собрал, — возразил Заноба, указывая на статую. — Он по-настоящему ценит мастерство и красоту.
Вот взгляни! Материал — зелёная золотая руда, редчайшая вещь. Но посмотри на эту плавную линию вдоль шеи! Как удалось вырезать такую утончённую форму из столь хрупкого камня? Ни один известный мастер не работал в подобном стиле... Может, это был ученик, отошедший от своей школы, или некий безымянный гений?
— Здесь написано, что это работа Эдмунда Оползня, вырезанная когтем Одноглазого Дракона, — небрежно произнёс Клифф.
Заноба замер. Потом медленно повернулся к нему, словно скрипучий механизм, и уставился горящими глазами.
— Хочешь сказать, что это творение Эдмунда? Того самого, что славился своим абстрактным стилем?!
— Ну... я не особо знаю, кто это, но так тут написано. Якобы, когда он был молод и путешествовал как авантюрист, нашёл в пещере зелёную руду и кости Одноглазого Дракона — и вырезал статую прямо на месте.
— Хм... Значит, твой глаз может сообщить и такие подробности.
Услышав это, Клифф ощутил лёгкое сожаление. Он понял, что, пожалуй, сказал лишнее. Даже он, не слишком тонкий человек, мог догадаться: неприятно, когда кто-то без труда хвастается знаниями, которые тебе самому пришлось бы добывать годами.
Если бы дело было просто в превосходстве, Клифф не задумывался бы — но ведь знания ему дарил не собственный ум, а магический глаз. А выдавать это за личные заслуги — противно его гордости.
— Извини, Заноба. Я не хотел...
— Мистер Клифф! Мистер Клифф! — вдруг загорелся Заноба, не дав договорить. — А вот эту статую! Что скажет твой глаз? Кто автор, из чего она сделана?
— Эм... Заноба...
— Ах, простите! Я, кажется, обращаюсь к вам как к инструменту. Обидел?
— Нет, не в этом дело. Просто... тебе не неприятно, что кто-то, не приложив усилий, выставляет знания напоказ?
— Ха-ха-ха! Что ты, не будь смешным. Я ведь тоже родился с благословением силы, не по своей воле. Разве стану презирать другого за врождённый дар? Если с его помощью можно узнать что-то новое — я только рад!
После этих слов Клифф, наконец, понял. Заноба не стремился к соревнованию. Он не пытался быть лучше в том, что любил. Он просто искал истину и красоту — и делал это с чистым сердцем. И именно поэтому, даже перешагнув за тридцать, он не ленился учиться магии земли и с уважением относился и к младшим, и к старшим.
— Да... ты прав, — тихо сказал Клифф. — Эта статуя — работа знаменитого мастера морского народа по имени Гарфиш. Он вырезал её из красного кораллового камня, который можно найти только на дне океана.
И так, с помощью своего демонического глаза, Клифф вновь сделал шаг вперёд — не только в искусстве опознания, но и в собственном росте как человека.
+4
История 3 - Оценочный тур Занобы
Однажды Заноба неспешно прогуливался по парящему замку Перугиуса.
— О-о-о! Да это же... скульптура Дедала, не так ли?!
Последние несколько дней он буквально жил в раю. Парящий замок Перугиуса был настоящей сокровищницей искусства. Картины, статуи, резные панели — в бесконечных коридорах не было конца чудесам. Хотя Заноба больше всего любил кукол, даже он не мог остаться равнодушным к такой коллекции.
— Этот цвет... этот блеск, словно отполированный каштан… несомненно, — произнёс он, не скрывая восторга. — Это творение каменной птицы Дедала, которая, по легенде, вырезала подобные узоры, строя своё гнездо! А ведь считалось, что этот вид вымер ещё во времена Войны Лапласа!
Размеры замка поражали воображение: обойти всё за один день было невозможно. И куда бы ни шёл Заноба, повсюду его ждали новые чудеса. Он был знатоком. Всю жизнь провёл среди произведений искусства, особенно среди кукол, собранных со всего света. И всё же даже для него находки Перугиуса становились откровением — здесь было множество предметов, которых он никогда прежде не видел.
— Как и следовало ожидать от замка лорда Перугиуса, — с благоговением прошептал Заноба. — Здесь собрано то, чего не найти ни на одном рынке, ни на самом роскошном аукционе...
Он был счастлив, по-настоящему счастлив. Жить среди столь редких и прекрасных творений — что может быть большее счастье для ценителя?
— Вижу, вы вновь наслаждаетесь достопримечательностями замка лорда Перугиуса, — раздался позади спокойный голос.
Это была Сильварил — женщина в маске с чёрными крыльями, одна из двенадцати подчинённых Перугиуса.
— О, леди Сильварил! — Заноба расплылся в улыбке. — «Наслаждаюсь» — слишком слабое слово! Это же истинное сокровище! Такого собрания искусства нет и не будет больше нигде в мире! Этот замок — величайший из всех, когда-либо созданных!
— Разумеется, — ответила Сильварил ровным голосом. — Ведь всё здесь собрано самим лордом Перугиусом своими руками.
Под маской её губы изогнулись в довольной улыбке. Она словно лучилась гордостью — как пёс, радостно виляющий хвостом, когда хвалят его хозяина. Но в характере Сильварил таилась лёгкая игривость. Иногда ей нравилось испытывать собеседников — особенно если это могло ещё сильнее подчеркнуть величие Перугиуса.
— Кстати, Заноба, — сказала она с невинным тоном. — Эта скульптура Дедала покрыта особым маслом для сохранности... Интересно, знаете ли вы, каким именно?
— Хм... — Заноба задумчиво провёл рукой по подбородку.
— Лучшее масло для обработки скульптур, насколько мне известно, — это огненное масло Лазурного Дракона.
Это редчайшее вещество вырабатывается в теле Лазурного Дракона и используется им, когда он изрыгает пламя. В мире искусств оно считается непревзойдённым средством для придания камню глубины и блеска. Но достать его почти невозможно: Лазурных Драконов почти не осталось, а количество масла, добываемого из одного, ничтожно. И всё же Заноба был уверен: у Перугиуса оно непременно есть.
— Масло Лазурного Дракона, говорите? — переспросила Сильварил.
Однако это был неверный ответ. Перугиус владел ещё более редким веществом, куда лучше подходящим для сохранения скульптур Дедала.
— Впрочем... — начала было Сильварил, но Заноба вдруг перебил её.
— Нет, — произнёс он, прищурившись. — Слишком уж естественный блеск. При использовании огненного масла Лазурного Дракона поверхность получает характерный, чуть маслянистый отблеск. Но здесь этого нет.
Скульптура выглядит так, будто её только что вынули из гнезда самой птицы Дедала — мягкий, благородный матовый блеск... Есть лишь одно вещество, способное дать такой эффект. И он произнёс:
— Масло, извлечённое из сальных желёз каменной птицы Дедала. Верно?
Сильварил застыла.
— ......
Она была потрясена. Когда Перугиус поручил сохранить эту скульптуру, он лично запретил использовать огненное масло Лазурного Дракона, назвав его «чересчур вычурным», и распорядился применить именно это, легендарное. Но она никак не ожидала, что человек сможет догадаться до истины одним лишь взглядом.
— Ну что вы скажете? — спросил Заноба с лёгкой улыбкой.
Сильварил медлила. Она хотела поймать его на незнании — а он ответил безупречно. Признать поражение было мучительно.
— Это... верно, — наконец прозвучал голос.
Но ответ исходил не от неё. Когда оба обернулись, перед ними стоял сам Перугиус.
— Угадать, что огненное масло не использовалось, лишь по виду... и сразу назвать правильный ответ... — произнёс он. — Ты редкий человек, Заноба Широн. Различать такие тонкости — великое искусство.
— Для меня великая честь слышать это от вас, лорд Перугиус. Но рядом с вашим чутьём я — лишь тень. Вы не только собираете шедевры, но и храните их с наивысшим мастерством.
— Довольно лести, — отмахнулся Перугиус. — Будь у тебя те же богатства и годы, поступал бы так же.
Он бросил короткий взгляд на Сильварил:
— Сильварил. Учись у него. Тебе стоит не только расширять знания, но и оттачивать проницательность.
— ...Поняла, — тихо ответила она.
— А теперь иди за мной, Заноба, — произнёс Перугиус. — Я покажу тебе одну из моих самых драгоценных реликвий. Обычно я не открываю её даже гостям.
Так Заноба Широне впервые заслужил расположение Перугиуса... Но это уже совсем другая история.
Однажды Заноба неспешно прогуливался по парящему замку Перугиуса.
— О-о-о! Да это же... скульптура Дедала, не так ли?!
Последние несколько дней он буквально жил в раю. Парящий замок Перугиуса был настоящей сокровищницей искусства. Картины, статуи, резные панели — в бесконечных коридорах не было конца чудесам. Хотя Заноба больше всего любил кукол, даже он не мог остаться равнодушным к такой коллекции.
— Этот цвет... этот блеск, словно отполированный каштан… несомненно, — произнёс он, не скрывая восторга. — Это творение каменной птицы Дедала, которая, по легенде, вырезала подобные узоры, строя своё гнездо! А ведь считалось, что этот вид вымер ещё во времена Войны Лапласа!
Размеры замка поражали воображение: обойти всё за один день было невозможно. И куда бы ни шёл Заноба, повсюду его ждали новые чудеса. Он был знатоком. Всю жизнь провёл среди произведений искусства, особенно среди кукол, собранных со всего света. И всё же даже для него находки Перугиуса становились откровением — здесь было множество предметов, которых он никогда прежде не видел.
— Как и следовало ожидать от замка лорда Перугиуса, — с благоговением прошептал Заноба. — Здесь собрано то, чего не найти ни на одном рынке, ни на самом роскошном аукционе...
Он был счастлив, по-настоящему счастлив. Жить среди столь редких и прекрасных творений — что может быть большее счастье для ценителя?
— Вижу, вы вновь наслаждаетесь достопримечательностями замка лорда Перугиуса, — раздался позади спокойный голос.
Это была Сильварил — женщина в маске с чёрными крыльями, одна из двенадцати подчинённых Перугиуса.
— О, леди Сильварил! — Заноба расплылся в улыбке. — «Наслаждаюсь» — слишком слабое слово! Это же истинное сокровище! Такого собрания искусства нет и не будет больше нигде в мире! Этот замок — величайший из всех, когда-либо созданных!
— Разумеется, — ответила Сильварил ровным голосом. — Ведь всё здесь собрано самим лордом Перугиусом своими руками.
Под маской её губы изогнулись в довольной улыбке. Она словно лучилась гордостью — как пёс, радостно виляющий хвостом, когда хвалят его хозяина. Но в характере Сильварил таилась лёгкая игривость. Иногда ей нравилось испытывать собеседников — особенно если это могло ещё сильнее подчеркнуть величие Перугиуса.
— Кстати, Заноба, — сказала она с невинным тоном. — Эта скульптура Дедала покрыта особым маслом для сохранности... Интересно, знаете ли вы, каким именно?
— Хм... — Заноба задумчиво провёл рукой по подбородку.
— Лучшее масло для обработки скульптур, насколько мне известно, — это огненное масло Лазурного Дракона.
Это редчайшее вещество вырабатывается в теле Лазурного Дракона и используется им, когда он изрыгает пламя. В мире искусств оно считается непревзойдённым средством для придания камню глубины и блеска. Но достать его почти невозможно: Лазурных Драконов почти не осталось, а количество масла, добываемого из одного, ничтожно. И всё же Заноба был уверен: у Перугиуса оно непременно есть.
— Масло Лазурного Дракона, говорите? — переспросила Сильварил.
Однако это был неверный ответ. Перугиус владел ещё более редким веществом, куда лучше подходящим для сохранения скульптур Дедала.
— Впрочем... — начала было Сильварил, но Заноба вдруг перебил её.
— Нет, — произнёс он, прищурившись. — Слишком уж естественный блеск. При использовании огненного масла Лазурного Дракона поверхность получает характерный, чуть маслянистый отблеск. Но здесь этого нет.
Скульптура выглядит так, будто её только что вынули из гнезда самой птицы Дедала — мягкий, благородный матовый блеск... Есть лишь одно вещество, способное дать такой эффект. И он произнёс:
— Масло, извлечённое из сальных желёз каменной птицы Дедала. Верно?
Сильварил застыла.
— ......
Она была потрясена. Когда Перугиус поручил сохранить эту скульптуру, он лично запретил использовать огненное масло Лазурного Дракона, назвав его «чересчур вычурным», и распорядился применить именно это, легендарное. Но она никак не ожидала, что человек сможет догадаться до истины одним лишь взглядом.
— Ну что вы скажете? — спросил Заноба с лёгкой улыбкой.
Сильварил медлила. Она хотела поймать его на незнании — а он ответил безупречно. Признать поражение было мучительно.
— Это... верно, — наконец прозвучал голос.
Но ответ исходил не от неё. Когда оба обернулись, перед ними стоял сам Перугиус.
— Угадать, что огненное масло не использовалось, лишь по виду... и сразу назвать правильный ответ... — произнёс он. — Ты редкий человек, Заноба Широн. Различать такие тонкости — великое искусство.
— Для меня великая честь слышать это от вас, лорд Перугиус. Но рядом с вашим чутьём я — лишь тень. Вы не только собираете шедевры, но и храните их с наивысшим мастерством.
— Довольно лести, — отмахнулся Перугиус. — Будь у тебя те же богатства и годы, поступал бы так же.
Он бросил короткий взгляд на Сильварил:
— Сильварил. Учись у него. Тебе стоит не только расширять знания, но и оттачивать проницательность.
— ...Поняла, — тихо ответила она.
— А теперь иди за мной, Заноба, — произнёс Перугиус. — Я покажу тебе одну из моих самых драгоценных реликвий. Обычно я не открываю её даже гостям.
Так Заноба Широне впервые заслужил расположение Перугиуса... Но это уже совсем другая история.
+3
История 2 - Гурман Нанахоси: Великая Сага о Даси
— Что такое... даси? — спросила Сильварил, когда Нанахоси обедала прямо в кровати. [1]
Обед был, в общем-то, самым обычным: мелко рубленая говядина, смешанная с ароматными овощами и мукой, тщательно вымешанная и быстро обжаренная на сковороде.
Проще говоря — котлета по-японски, или, как называли её в Асурском королевстве, «хамбург». [2]
Блюдо, приготовленное Сильварил, было отменного качества, и Нанахоси осталась вполне довольна.
— А? — переспросила она, не сразу поняв.
— Я про даси, — спокойно пояснила Сильварил. — Вы как-то упоминали это слово, когда пробовали мою стряпню. Сказали: «В этом нет даси».
Нанахоси застыла, держа вилку на полпути ко рту. Она сразу вспомнила — тот день, когда Рудеус предложил ей мисо-суп. От первого глотка её накрыла волна ностальгии, а чтобы скрыть охватившее её волнение, она тогда и ляпнула что-то вроде «без даси».
— Э-э... Я не хотела этим вас обидеть, — замялась она. — Если вас это задело, я извинюсь…
— Всё в порядке, — покачала головой Сильварил. — Просто, насколько я понимаю, в супах вашей родины даси — это обязательный ингредиент, не так ли?
— Ну… да, можно и так сказать. А зачем спрашиваете?
— Лорд Перугиус заинтересовался блюдом под названием мисо-суп. Я хотела бы приготовить его безупречно.
Нанахоси только вздохнула. Ей было хорошо известно, насколько Сильварил предана своему господину. С виду она всегда невозмутима, но стоило заговорить о Перугиусе — и в голосе её проступала едва уловимая, почти детская воодушевлённость.
— Не могли бы вы меня научить? — вежливо спросила она.
— Эм… ну, попробую, — неуверенно ответила Нанахоси.
Хотя на самом деле она вовсе не была хорошей поварихой. Да, она когда-то с умным видом заявила, что в супе «нет даси», но сама толком не знала, как это самое даси готовится.
— Итак, — продолжила Сильварил, — что это за ингредиент?
— Даси... это, эм… комбу? [3]
— Комбу? Водоросли?
— Да, сушёные водоросли… или грибы, или сушёная рыба.
— Значит, всё сушёное?
— Ну, да… ещё, кажется, куриные кости… или креветки?..
Под маской Сильварил нахмурилась.
Список из несвязанных между собой ингредиентов совсем сбил её с толку.
— И… как это готовится?
— Эм… кажется, просто кипятят.
— Только кипятят? Это всё?
В этот момент в памяти Нанахоси всплыл эпизод из старой кулинарной манги.
— А, да! — вдруг воскликнула она. — Некоторые ингредиенты кладут в воду до закипания, а потом вынимают, когда она вот-вот начнёт кипеть.
— Хм? И зачем?
— Эм… — Нанахоси замялась. Она не знала. Совсем.
На деле всё, что она понимала, сводилось к одному: с даси еда получается вкуснее. Почему именно — она не имела ни малейшего понятия.
— Простите, я не знаю подробностей, — призналась она.
— Понимаю, — мягко ответила Сильварил.
— Прости, не стоило мне говорить о вещах, в которых не разбираюсь…
— Не нужно извиняться, госпожа Нанахоси. Вы ведь не повар. Это естественно. Да и любой на вашем месте отметил бы, если в блюде не хватает чего-то важного.
В словах Сильварил не было ни тени укора, но Нанахоси всё равно почувствовала себя неловко — будто ученица, получившая мягкое замечание от учителя.
Чтобы хоть как-то сменить тему, она отрезала кусочек котлеты и попробовала. Мясной сок мгновенно наполнил рот — насыщенный, ароматный, почти опьяняющий. А соус… соус был просто великолепен. Густой, гладкий, с идеальным балансом сладости и лёгкой горчинки — почти как демиглас. [4]
— А-а… — вдруг произнесла Нанахоси, озарённая мыслью. — Сильварил, а как вы сделали этот соус?
— Соус? Сначала я обжарила сухожилия лесного быка, потом долго варила их с ароматными овощами. Это и стало основой.
То, что описала Сильварил, было удивительно похоже на метод создания «фонд». [5]
Конечно, она не знала всех тонкостей его приготовления, но принцип казался похожим: выварить ингредиенты, чтобы извлечь из них насыщенный вкус и аромат.
— Наверное, даси делается примерно так же, — наконец сказала она. — Это тоже основа — то, что придаёт блюду глубину.
— Понимаю… значит, некий бульон, усиливающий аромат. Хотя ингредиенты у вас и впрямь необычные.
— Согласна… — с лёгкой улыбкой ответила Нанахоси.
Сильварил кивнула, её голос стал решительным:
— Чтобы подать это блюдо лорду Перугиусу, мне придётся провести обстоятельное исследование.
Так Сильварил впервые прикоснулась к тайне даси. А попробует ли Нанахоси когда-нибудь настоящий мисо-суп… этого пока не знает никто.
[Примечание переводчика:
1. Даси — это основа японской кухни, разновидность бульона, придающего блюдам насыщенный вкус умами. На даси готовят мисо-суп, прозрачные супы, лапшу и множество тушёных блюд.
2. Японский хамбург отличается от привычного «гамбургера» — это просто сочная мясная котлета без булки.
3. Комбу — съедобные морские водоросли (ламинария), часто используемые в сушёном виде для приготовления даси.
4. Демиглас (от французского demi-glace, что означает «полу-глазурь») — концентрированный мясной соус французской кухни. Готовится путём длительного выпаривания бульона из говяжьих костей с добавлением вина и различных специй.
5. Коричневый мясной бульон (fond brun) из французской кухни]
— Что такое... даси? — спросила Сильварил, когда Нанахоси обедала прямо в кровати. [1]
Обед был, в общем-то, самым обычным: мелко рубленая говядина, смешанная с ароматными овощами и мукой, тщательно вымешанная и быстро обжаренная на сковороде.
Проще говоря — котлета по-японски, или, как называли её в Асурском королевстве, «хамбург». [2]
Блюдо, приготовленное Сильварил, было отменного качества, и Нанахоси осталась вполне довольна.
— А? — переспросила она, не сразу поняв.
— Я про даси, — спокойно пояснила Сильварил. — Вы как-то упоминали это слово, когда пробовали мою стряпню. Сказали: «В этом нет даси».
Нанахоси застыла, держа вилку на полпути ко рту. Она сразу вспомнила — тот день, когда Рудеус предложил ей мисо-суп. От первого глотка её накрыла волна ностальгии, а чтобы скрыть охватившее её волнение, она тогда и ляпнула что-то вроде «без даси».
— Э-э... Я не хотела этим вас обидеть, — замялась она. — Если вас это задело, я извинюсь…
— Всё в порядке, — покачала головой Сильварил. — Просто, насколько я понимаю, в супах вашей родины даси — это обязательный ингредиент, не так ли?
— Ну… да, можно и так сказать. А зачем спрашиваете?
— Лорд Перугиус заинтересовался блюдом под названием мисо-суп. Я хотела бы приготовить его безупречно.
Нанахоси только вздохнула. Ей было хорошо известно, насколько Сильварил предана своему господину. С виду она всегда невозмутима, но стоило заговорить о Перугиусе — и в голосе её проступала едва уловимая, почти детская воодушевлённость.
— Не могли бы вы меня научить? — вежливо спросила она.
— Эм… ну, попробую, — неуверенно ответила Нанахоси.
Хотя на самом деле она вовсе не была хорошей поварихой. Да, она когда-то с умным видом заявила, что в супе «нет даси», но сама толком не знала, как это самое даси готовится.
— Итак, — продолжила Сильварил, — что это за ингредиент?
— Даси... это, эм… комбу? [3]
— Комбу? Водоросли?
— Да, сушёные водоросли… или грибы, или сушёная рыба.
— Значит, всё сушёное?
— Ну, да… ещё, кажется, куриные кости… или креветки?..
Под маской Сильварил нахмурилась.
Список из несвязанных между собой ингредиентов совсем сбил её с толку.
— И… как это готовится?
— Эм… кажется, просто кипятят.
— Только кипятят? Это всё?
В этот момент в памяти Нанахоси всплыл эпизод из старой кулинарной манги.
— А, да! — вдруг воскликнула она. — Некоторые ингредиенты кладут в воду до закипания, а потом вынимают, когда она вот-вот начнёт кипеть.
— Хм? И зачем?
— Эм… — Нанахоси замялась. Она не знала. Совсем.
На деле всё, что она понимала, сводилось к одному: с даси еда получается вкуснее. Почему именно — она не имела ни малейшего понятия.
— Простите, я не знаю подробностей, — призналась она.
— Понимаю, — мягко ответила Сильварил.
— Прости, не стоило мне говорить о вещах, в которых не разбираюсь…
— Не нужно извиняться, госпожа Нанахоси. Вы ведь не повар. Это естественно. Да и любой на вашем месте отметил бы, если в блюде не хватает чего-то важного.
В словах Сильварил не было ни тени укора, но Нанахоси всё равно почувствовала себя неловко — будто ученица, получившая мягкое замечание от учителя.
Чтобы хоть как-то сменить тему, она отрезала кусочек котлеты и попробовала. Мясной сок мгновенно наполнил рот — насыщенный, ароматный, почти опьяняющий. А соус… соус был просто великолепен. Густой, гладкий, с идеальным балансом сладости и лёгкой горчинки — почти как демиглас. [4]
— А-а… — вдруг произнесла Нанахоси, озарённая мыслью. — Сильварил, а как вы сделали этот соус?
— Соус? Сначала я обжарила сухожилия лесного быка, потом долго варила их с ароматными овощами. Это и стало основой.
То, что описала Сильварил, было удивительно похоже на метод создания «фонд». [5]
Конечно, она не знала всех тонкостей его приготовления, но принцип казался похожим: выварить ингредиенты, чтобы извлечь из них насыщенный вкус и аромат.
— Наверное, даси делается примерно так же, — наконец сказала она. — Это тоже основа — то, что придаёт блюду глубину.
— Понимаю… значит, некий бульон, усиливающий аромат. Хотя ингредиенты у вас и впрямь необычные.
— Согласна… — с лёгкой улыбкой ответила Нанахоси.
Сильварил кивнула, её голос стал решительным:
— Чтобы подать это блюдо лорду Перугиусу, мне придётся провести обстоятельное исследование.
Так Сильварил впервые прикоснулась к тайне даси. А попробует ли Нанахоси когда-нибудь настоящий мисо-суп… этого пока не знает никто.
[Примечание переводчика:
1. Даси — это основа японской кухни, разновидность бульона, придающего блюдам насыщенный вкус умами. На даси готовят мисо-суп, прозрачные супы, лапшу и множество тушёных блюд.
2. Японский хамбург отличается от привычного «гамбургера» — это просто сочная мясная котлета без булки.
3. Комбу — съедобные морские водоросли (ламинария), часто используемые в сушёном виде для приготовления даси.
4. Демиглас (от французского demi-glace, что означает «полу-глазурь») — концентрированный мясной соус французской кухни. Готовится путём длительного выпаривания бульона из говяжьих костей с добавлением вина и различных специй.
5. Коричневый мясной бульон (fond brun) из французской кухни]
+6
История 1 - Рокси и мандариновое дерево
Прошло несколько дней с тех пор, как Рудеус отправился к Небесной крепости.
— Так, ну-ка-а… пора снимать бельё, высохло ли оно? — Как обычно, Айша напевала свою ужасную песенку, занимаясь хозяйственными делами.
— …Хм? —
Вдруг её взгляд привлёк знакомый силуэт. В саду стояла небольшая девушка с голубыми волосами — Рокси. Она смотрела в небо, задумчиво и немного грустно.
(Наверное, беспокоится о братике, который ушёл к парящему форту…)
Поскольку Рокси преподавала в Магическом университете, днём её редко можно было застать дома. И всё же, без Рудеуса дом, наверное, казался ей немного пустым.
(Может, составить ей компанию? …А?)
Айша уже собиралась подойти, но вдруг заметила, что делает Рокси, и нахмурилась. Та аккуратно разложила на земле ткань, проверила положение, снова посмотрела вверх — взглядом, полным ожидания.
(Что она… а, понятно.)
Секунду Айша недоумённо следила за её странными действиями, но, будучи умной девочкой, быстро всё поняла.
— Рокси.
— Э? О, Айша.
— Что ты делаешь? — Айша уже догадывалась, но всё равно не удержалась от вопроса — уж слишком нелепо это выглядело.
— Хе-хе, смотри вот туда, — сказала Рокси и указала на большой, налитый мандарин.
Под тяжестью плода ветка сгибалась всё ниже, и казалось, ещё немного — и тот упадёт.
— Он как раз созрел. Судя по всему, упадёт сегодня.
— Ага.
— Но если упадёт, может раздавиться. Так что я постелила ткань — пусть упадёт на неё, тогда его всё равно можно будет съесть.
— Логично… но, эм… почему бы просто не сорвать и не съесть? — удивилась Айша.
Рокси посмотрела на неё в полном недоумении.
— О, Айша, ты не знаешь? В Королевстве Раноа есть закон: «Нельзя срывать плоды с дерева для себя, но, если плод упал сам — его может съесть кто угодно».
Такой закон, кстати, есть во многих странах.
— Эм… да, я в курсе, — сказала Айша, стараясь не усмехнуться.
— Мандарины такие сладкие и кисленькие, от них во рту прямо счастье. Но в некоторых странах они настолько дорогие, что даже авантюристы не могут себе позволить.
Когда я была без гроша, я целыми днями стояла под деревьями и училась угадывать, какой плод упадёт сегодня, — так и ела мандарины. Айша даже на секунду растерялась. Это была неожиданная способность Рокси — предсказывать падение фруктов. Но всё же не это её смущало.
— Эм, Рокси… может, я ошибаюсь, но…
— Да?
— Это же наше дерево. Думаю, если ты просто сорвёшь мандарин, преступлением это не будет.
— Наше? То есть, принадлежит семье Грейратов?
— Ага.
Эти слова ошарашили Рокси. Она, никогда прежде не владевшая фруктовыми деревьями, стояла, словно громом поражённая.
— П-подожди, у нас их столько!? — изумилась она, глядя на полное плодами дерево.
Даже если бы она съела пару десятков, остальным бы хватило с лихвой.
— Урожай в этом году особенно хороший. Наверное, удобрение или почва удачные, — пояснила Айша.
— То есть… мы можем есть их сколько угодно?
— Ну… я ведь ухаживаю за деревом и использую плоды для готовки, так что не советую объедать всё в одиночку.
— Эээх…
Рокси посмотрела вверх с благоговением. Для неё дерево, увешанное спелыми мандаринами, выглядело как настоящее сокровище.
— Смотри! — сказала Айша, поднимая палку для белья.
— О?
Прямо перед Рокси она ловким движением сбила тот самый мандарин, на который та смотрела. Он уже почти собирался упасть, так что сорвался легко — и Рокси поймала его в ладони.
— Э… Айша?
— Прошу, госпожа, приятного аппетита, — с шутливой серьёзностью произнесла Айша.
Рокси, слегка смутившись, очистила мандарин — и откусила дольку.
— Мммм…! —её лицо мгновенно озарилось счастьем.
Видя это, Айша сбила ещё один плод и попробовала сама.
—Да. Неплохо — сказала она, чувствуя приятную кислинку с лёгкой сладостью.
Мандарин был в самом соку. Она собиралась подождать, пока упадёт ещё парочка, прежде чем собирать урожай, но теперь подумала, что, может, стоит начать немного раньше.
— Неплохо? Айша, у тебя талант к садоводству!
— П-правда?
— Даже не верится, что можно есть такие вкусные, сладкие мандарины хоть каждый день!
— Ну, не круглый год, конечно, — улыбнулась Айша, — у них ведь сезон.
Но похвала была ей приятна. Садоводством она занималась просто ради удовольствия — и, честно говоря, часто терпела неудачи. Поэтому услышать, что у неё «талант», было особенно приятно.
(Может, испечь мандариновый пирог в следующий раз…) — подумала Айша, наблюдая, как Рокси с довольным видом доедает мандарин.
Прошло несколько дней с тех пор, как Рудеус отправился к Небесной крепости.
— Так, ну-ка-а… пора снимать бельё, высохло ли оно? — Как обычно, Айша напевала свою ужасную песенку, занимаясь хозяйственными делами.
— …Хм? —
Вдруг её взгляд привлёк знакомый силуэт. В саду стояла небольшая девушка с голубыми волосами — Рокси. Она смотрела в небо, задумчиво и немного грустно.
(Наверное, беспокоится о братике, который ушёл к парящему форту…)
Поскольку Рокси преподавала в Магическом университете, днём её редко можно было застать дома. И всё же, без Рудеуса дом, наверное, казался ей немного пустым.
(Может, составить ей компанию? …А?)
Айша уже собиралась подойти, но вдруг заметила, что делает Рокси, и нахмурилась. Та аккуратно разложила на земле ткань, проверила положение, снова посмотрела вверх — взглядом, полным ожидания.
(Что она… а, понятно.)
Секунду Айша недоумённо следила за её странными действиями, но, будучи умной девочкой, быстро всё поняла.
— Рокси.
— Э? О, Айша.
— Что ты делаешь? — Айша уже догадывалась, но всё равно не удержалась от вопроса — уж слишком нелепо это выглядело.
— Хе-хе, смотри вот туда, — сказала Рокси и указала на большой, налитый мандарин.
Под тяжестью плода ветка сгибалась всё ниже, и казалось, ещё немного — и тот упадёт.
— Он как раз созрел. Судя по всему, упадёт сегодня.
— Ага.
— Но если упадёт, может раздавиться. Так что я постелила ткань — пусть упадёт на неё, тогда его всё равно можно будет съесть.
— Логично… но, эм… почему бы просто не сорвать и не съесть? — удивилась Айша.
Рокси посмотрела на неё в полном недоумении.
— О, Айша, ты не знаешь? В Королевстве Раноа есть закон: «Нельзя срывать плоды с дерева для себя, но, если плод упал сам — его может съесть кто угодно».
Такой закон, кстати, есть во многих странах.
— Эм… да, я в курсе, — сказала Айша, стараясь не усмехнуться.
— Мандарины такие сладкие и кисленькие, от них во рту прямо счастье. Но в некоторых странах они настолько дорогие, что даже авантюристы не могут себе позволить.
Когда я была без гроша, я целыми днями стояла под деревьями и училась угадывать, какой плод упадёт сегодня, — так и ела мандарины. Айша даже на секунду растерялась. Это была неожиданная способность Рокси — предсказывать падение фруктов. Но всё же не это её смущало.
— Эм, Рокси… может, я ошибаюсь, но…
— Да?
— Это же наше дерево. Думаю, если ты просто сорвёшь мандарин, преступлением это не будет.
— Наше? То есть, принадлежит семье Грейратов?
— Ага.
Эти слова ошарашили Рокси. Она, никогда прежде не владевшая фруктовыми деревьями, стояла, словно громом поражённая.
— П-подожди, у нас их столько!? — изумилась она, глядя на полное плодами дерево.
Даже если бы она съела пару десятков, остальным бы хватило с лихвой.
— Урожай в этом году особенно хороший. Наверное, удобрение или почва удачные, — пояснила Айша.
— То есть… мы можем есть их сколько угодно?
— Ну… я ведь ухаживаю за деревом и использую плоды для готовки, так что не советую объедать всё в одиночку.
— Эээх…
Рокси посмотрела вверх с благоговением. Для неё дерево, увешанное спелыми мандаринами, выглядело как настоящее сокровище.
— Смотри! — сказала Айша, поднимая палку для белья.
— О?
Прямо перед Рокси она ловким движением сбила тот самый мандарин, на который та смотрела. Он уже почти собирался упасть, так что сорвался легко — и Рокси поймала его в ладони.
— Э… Айша?
— Прошу, госпожа, приятного аппетита, — с шутливой серьёзностью произнесла Айша.
Рокси, слегка смутившись, очистила мандарин — и откусила дольку.
— Мммм…! —её лицо мгновенно озарилось счастьем.
Видя это, Айша сбила ещё один плод и попробовала сама.
—Да. Неплохо — сказала она, чувствуя приятную кислинку с лёгкой сладостью.
Мандарин был в самом соку. Она собиралась подождать, пока упадёт ещё парочка, прежде чем собирать урожай, но теперь подумала, что, может, стоит начать немного раньше.
— Неплохо? Айша, у тебя талант к садоводству!
— П-правда?
— Даже не верится, что можно есть такие вкусные, сладкие мандарины хоть каждый день!
— Ну, не круглый год, конечно, — улыбнулась Айша, — у них ведь сезон.
Но похвала была ей приятна. Садоводством она занималась просто ради удовольствия — и, честно говоря, часто терпела неудачи. Поэтому услышать, что у неё «талант», было особенно приятно.
(Может, испечь мандариновый пирог в следующий раз…) — подумала Айша, наблюдая, как Рокси с довольным видом доедает мандарин.
P. S. Пожалуйста, поблагодарите человека с выше указанным ником за проделанную им работу над этими главами.
P. P. S. Для редактора. Добавьте послесловия автора к томам с 1 по 8 и 12.