Strannik

Все еще сомневаясь, многие ученики послушались Чабаширу и достали телефоны. Они открыли список учеников класса 3-A. Разумеется, в нем должны быть оценки всех тридцати семи учеников класса. Нет, иначе и быть не могло.

И тем не менее…

Хорикита несколько раз пролистнула список, считая, что могла пропустить имя Аянокоджи, однако его там не было. Он исчез, словно никогда и не учился в их классе.

Такого рода обновление в «ОИС» она видела не в первый раз. То же самое было при переводе Кацураги Кохея и исключении других учеников.

— Недавно обновилась информация по Аянокоджи… Значит он перевелся.

— Ч-что… Что вы говорите, сенсей? Этого… просто не может быть!

Хорикита и сама не заметила, как ее голос начал дрожать.

— Перевод Аянокоджи из этого класса в класс C был утвержден… сегодняшней датой, — четко сформулировала Чабашира.

Стало быть, отсутствие Аянокоджи после церемонии начала учебного года было из-за его ухода из класса.

— Э?..

Хорикита слышала слова, поняла объяснение Чабаширы, но ее организм посылал сигнал об обратном.

— Ну как такое может быть?.. Чтобы Аянокоджи-кун перевелся в класс C…

— Сенсей, ну правда, хватит. Шутка совсем несмешная. Сегодня же не первое апреля, в самом-то деле!

У большинства даже сомнений не было. Они были убеждены, что это ложь.

Выглядел он так, словно хотел высказать еще больше жалоб.

Не считая моего голоса, за исключение Кушиды проголосовали еще четыре человека. Кто-то, возможно, не обратит на них внимания, но я бы назвал такое количество поразительным.